Игра на Цезаря

Так что… помощи тебе от этого…

- Да я знаю, - успокаивающе улыбнулась я. – И…

- Вторая ступень, Агата - предвидение фортуны. Уровень – интуитивно-неосознанный. И здесь все снова пришлось начинать с нуля… Этот уровень может длиться годами и так и не перейти в итоге на новый.

- И чем он характеризуется? Этот новый уровень?

- Чем характеризуется? Точным знанием источника. Независимо от его местоположения. Сказки детские помнишь? Там иногда персонаж присутствует - «мудрец-авторитет». Главный герой к нему за советом приходит, а тот ему: «Пойди за тридевять земель, найди в болоте с тремя березами у третьей кочки слева старую галошу…» или что-то в этом роде.

- Я поняла, - тихо засмеялась я. – Ну и пусть не достигнет. Иначе скучно станет жить. А сейчас я сама… - и уже вполне серьезно глянула на мужчину. – Я сама его найду.

- Одной в таком деле, Агата, трудно.

- Ник бы смог. Он бы точно смог. Значит, и я тоже смо…

- А вы морковку, господин Исбург, едите? – «авторитетно» улыбающаяся Варвара приткнулась ко мне сбоку.

- Непременно своей жене передам, - протянул к ней руку канцлер. – Все приятнее, чем эти… - и, ухватив варину ладошку, громко выдохнул. – Молодцы, что пришли…И свои занятия мы продолжим.

- Обязательно… продолжим, - переглянулись мы с Варей. – А теперь – нам пора.

- Пять минут закончились, - в подтверждение нависла над больным с другого кроватного бока жена.

- Да-да… я понял.

И столько тоски было в его выцветшем за длинную магическую жизнь, серо-голубом взгляде, что мы с Варварой еще долго потом не открывали по дороге ртов…

- Ты меня тут пока подождешь? – открыла свой, зевая в ладошку Варвара.

Я с пристрастием обозрела высящийся над нами белокаменный православный храм:

- Ага. В аллее на скамейке. Найти сможешь, - и извлекла из сумки сложенный аккуратно синий платок. – Надевай прямо здесь.

Дите, глядя на меня снизу вверх, прищурилось:

- Угу… Я на службе утренней постою. И свечку поставлю за здравие Ника. А с Отцом Сергием мы вчера болтали.

- Варвара?!

- Болтать и беседовать – занятия разные. Он меня просто спросил: «Как дела, дитя?». Я сказала: «Нормально». И все. Так что, рот свой удивленный, Агата, закрой. Канцлер Исбург говорит, что «чем чаще мы его открываем, тем больше мыслей из нашей головы выветривается». Я пошла.