Игра на Цезаря

Ты смотри: если его на свет, - и, подхватив крайнего, высунула в окно. – то янтарное сердце и нимб «горят», как у настоящего.

- А ты откуда знаешь? – скривился он, потом прихлопнул руку ко лбу. – да-а… Спасибо, господин Теофил.

Дядя мой воодушевленно подскочил из-за стола:

- На здоровье. Янтарь – камень солнца, камень Бога. Работать с ним – одно удовольст… удовольст… - и замер напротив меня. – Хобья воронка… Агата, есть у мастера Нубрса «слабое место». Точно!

- И какое? – сделала я стойку.

- Янтарь.

- Янтарь?

- Да, но не он сам, а то, что внутри.

Это – целая эпопея. И почему я раньше не вспомнил? Там дело вот в чем… может, ужин сначала? Это – надолго.

- Нет.

Дядя вздохнул:

- Тогда… У гномов ведь богов, как таковых нет.

- Хорошее вступление.

- Я предупреждал, Агата… Богов у них нет. Есть легенды о воинах, девах разных и мудрых гномьих королях. И есть одно стойкое на этом фоне поверье, что души спящих отделяются от них и летают в виде бабочек. Но, особых. Те бабочки «бохосами» называются. В переводе с накейо, «душами».

И вот эти души порхают, пока тела спят, а если по какой-то причине обратно не возвращаются, то и тела умирают. К чему я все это… Представьте себе бохоса, увязшего в смоле дерева и с течением столетий заключенного в янтарь.

- Это уже не бабочка получается, а чья-то пойманная душа, - удивленно хмыкнула я.

- В том то все и дело. С точки зрения гнома именно так она и выглядит, то есть символизирует собой.

- И что мастер Нубрс? – влез Эрик. – Он в эту байку верит?

- Не то слово! – расплылся в улыбке мой дядя.

– Не то слово. Лет пятнадцать назад он наемников по всему Бетану отправлял за янтарем с бохосом внутри. Сколько ему в итоге натаскали, вплоть до древних ящериц и тараканов, но бохоса - ни одного. Потом, вроде, остепенился, когда жене и теще среди этого янтаря жить стало негде, но манию свою не забыл. Да он на Дне Святого Рока с одним пришлым новый договор заключил. При мне было. А вчера весь вечер только про него и… пил.

- Неужто так трудно именно такой камень найти? – уточнила я.

– А может бабочек таких и вовсе в древней природе…

- Были, - уверенно кивнул ювелир. – Я сам в книге видел. Правда, старой и рисунок перекопированный хобье число раз, но, точно, были. Они особенные. Размах узких длинных крыльев, волоски по всему туловищу и само туловище непропорционально маленькое, хм-м, на человеческое очень похоже… Были бохосы. Летали.

- Ага, - закусила я губу. – И за эту «пойманную душу» наш мастер…

- Все, что ты захочешь.