Демоны на привязи

Трогаю открывшееся тело. Веду ладонью по груди, спускаясь на поджарый живот. Лепус стоит как вкопанный. Кажется, он боится меня спугнуть. Собственные быстрые, суматошные удары сердца будто отсчитывают оставшиеся мне мгновения.

«Сладкая, ты уверена?» — в вопросе удивлённый восторг. Не отвечаю, просто чуть прикусываю его шею. Получаю в ответ не протест, просто громкий выдох. Пусть не задаёт глупых вопросов. Ни в чём я уже не уверена. Лепус прижимает меня крепче, вдавливает в своё почти обнажённое тело. Всё-таки это у него так громко стучит сердце?! Или у меня? Неважно.

— Децимус целуется лучше меня? — Другой голос сочится жёлчью. Ангус стоит совсем близко. Как он так бесшумно подобрался? В прищуренных глазах злость и что-то ещё. Не понять. Он слышал мои слова. Для него это так важно? Ревность? Уязвлённое самолюбие? Ангус отхлёбывает из бутылки, которую держит в руке. Капли янтарного напитка стекают по подбородку, по шее. Когда я вытаскивала его с бокалом мартини или вина, он пил намного аккуратнее. У Змея был плохой день?

— Не помню, — заворожённо слежу за мокрыми дорожками.

Ещё один демон. От красоты которого умереть можно. Он так близко. Пахнет алкоголем и яблоками. Какие, к единорогам, яблоки? Кто закусывает яблоками? Что за дурацкая аллегория на Змея-Искусителя в раю. Я же не Ева! Его злость заражает меня саму. Хочется лгать и огрызаться. Всё я помню, но не скажу.

Ангус сверлит меня взглядом, он явно в бешенстве. Совсем не нежно обхватывает пальцами мой подбородок, поворачивает лицо к себе и тихо, почти шёпотом произносит:

— Я напомню.

Его губы сминают мои, атакуют, подавляют. Меня будоражит этот напор, он как будто оттеняет нежность Лепуса. Демонический коктейль, смешать, но не взбалтывать. Я что, действительно должна буду ответить на вопрос «кто лучше»?! Или вопрос скорее риторический? Но ведь нельзя сказать, что горячее — поток магмы или вулканическая лава, которые суть одно. И то и другое меня убьёт. Мысли разбегаются и путаются. Ноги подкашиваются. Опять. Лепус меня удерживает, чувствую его обжигающие ладони на своей талии, пробравшиеся под ткань одежды и скользящие выше.

Полная противоположность тому, что делает со мной Ангус. Тело пробирает сладкая дрожь. Что я творю? Нахожусь в объятиях одного, а целуюсь с другим. Прежняя я себе бы такого не позволила. Но прежняя я не была Избранной, жертвой со сладкой кровью, лакомым блюдом на пиру нечисти. Прежняя я никогда бы не призналась, что происходящее ей нравится. Безумно.

Пытаюсь отдышаться.