Демоны на привязи

Да пребудет с тобой сила! Чур меня!

Хвосты вспыхивают в огне, почти сразу же распадаясь чёрным пеплом.

— Иди, внученька, в баньку, отмойся, я истопил. К твоему возвращению всё исполнено будет. — Голова чура на миг высовывается из-за печки, домовой довольно облизывается, глаза полыхают зелёным. Вот как так? Если он сам может баню натопить, значит, и с печью управился бы, но каждый раз заставляет меня это делать. Или это часть ритуала приношения? А отмыться мне и правда не помешает. Руки по локоть в крови.

Одежда тоже вся заляпана, кожу на щеках стягивает.

— Сладкая булочка, тебе спинку потереть? — заботливо спрашивает Децимус. Отмахиваюсь.

К тому моменту, как я выхожу из бани, солнце уже поднимается достаточно высоко. Жмурюсь под тёплыми лучами, сушу русые волосы. Во дворе только местами примятая трава напоминает о случившемся перед рассветом. На крыльце сидит чур, завидев меня, встаёт, поправляет короткую рубаху. Он опять вырос, но я уже не удивляюсь. Не такая уж я недогадливая, чтобы не заметить связь между ростом и силой, которую домовой получает через мои подношения.

Надо узнать, как мои демоны наращивают мощь. Может, помочь смогу, сделаю их сильнее. Мне это и вправду выгодно. Вот только крови своей не дам, пусть даже не просят.

— Ты всё книги читала, мудрость искала. Но настоящую мудрость не записать, а только запомнить можно. Дракон всё знает, но спит. А вот Отшельник подсказать может, если совсем из ума не выжил.

Слова домового сразу же напоминают о брошюрке «Наставления и предупреждения Отшельника».

— А где его искать, дедушка?

— Твой знает, — кивает чур на вышедшего из сеней маленького кролика. Зверёк при упоминании Отшельника кривится, но не комментирует. Что домовой с ним такое сделал, что он теперь молчаливый? На Децимуса это совсем не похоже. Я тоже хочу знать рецепт, как укоротить болтливый кроличий язык! Подхватываю маленького пушистика под брюшко и прохожу в дом. Всё-таки в таком виде он нравится мне намного больше, а если будет отвечать, только когда спрашивают, — цены ему не будет.

Прохожу в гостиную, осторожно стучу ногой по полу в том месте, где была нарисована пентаграмма. Никакой дырки больше нет, все доски целые и старые, будто ничего и не было. Всё-таки домовой молодец, качественно всё убрал. Устраиваюсь на диване с кроликом на коленях.

— Окей, Децимус, где живёт Отшельник?

— На Камчатке, вулкан Мутновский.

Такого ответа я совсем не ожидала.