В тени кукловода

— Луциус вполне может и лукавить. Обманщик из него знатный. Но в таком случае даже страшно представить, какой будет реакция Вашария, когда эта ложь раскроется. Одно совершенно точно: мне не поздоровится в первую очередь».

Я досадливо поморщилась от этих невеселых рассуждений. Очень неприятно осознавать себя песчинкой, попавшей между двух жерновов. Тут бы живой выбраться из интриг сильных мира сего.

Вашарий между тем медленно перевел взгляд на меня.

— Как вы считаете, Луциус Киас говорит правду? — требовательно спросил он.

— Я понятия не имею, — честно ответила я. — И… мне очень жаль, что так все получилось с Вериашем.

— Наверное, я должен поблагодарить вас за то, что вы спасли жизнь моему сыну. — Вашарий устало вздохнул и в свою очередь опустился на стул рядом. С мученической гримасой потер переносицу, как будто в свою очередь страдал от невыносимой головной боли. Негромко проговорил: — И мне тоже очень жаль, что все происходит именно так.

В допросной воцарилась вязкая, неуютная тишина. Я не рисковала первой прервать затянувшуюся паузу.

В конце концов, моя задача выполнена. Я передала Вашарию послание Луциуса. Теперь ход за ним.

— Я встречусь с вашим мужем, — внезапно проговорил Вашарий, по-прежнему не глядя на меня. — Обязательно встречусь. Один и на его условиях.

— Вы ведь понимаете, что это может быть ловушкой? — все-таки не удержалась я от замечания.

Вашарий печально усмехнулся. Посмотрел на меня и мягко сказал:

— Вы беспокоитесь обо мне? Право слово, это очень… мило.

— Я не хочу, чтобы кто-нибудь пострадал.

— Я пожала плечами, удивленная, что надлежит объяснять настолько очевидные вещи. Неохотно добавила: — Луциус… Я не буду лукавить и утверждать, будто поддерживаю его планы. Напротив, я была бы счастлива, если бы он никогда более не потревожил меня. Но…

— Но вы любите его, — завершил за меня Вашарий. — Не правда ли?

Люблю ли я Луциуса?

О, если бы Вашарий только знал, как часто за прошедший год я задавала себе этот вопрос. Мои отношения к Луциусу, пожалуй, нельзя было охарактеризовать одним словом.

Я испытывала к нему настоящую гремучую смесь эмоций, начиная от страха и ненависти и заканчивая влечением, из-за которого мутнело в голове.

Одно я знала точно. Я не желала зла ни Вашарию, ни, тем более, его сыну. Я мечтала о том, чтобы меня оставили в покое и позволили жить без всяких потрясений.

Наверное, я была бы счастлива осесть в каком-нибудь маленьком городке. Необязательно на Хексе, хотя я скучала по родному миру.