В тени кукловода

Он победит Тициона, после чего останется единственным игроком в нашем мире. А затем, скорее всего, уйдет вслед за остальными игроками покорять новые горизонты и новые реальности.

— Откуда вы это знаете? — не вытерпев, перебила его я. Уж больно точно Дариэль описал все то, что прежде мне рассказывал Луциус. Как будто сам невидимкой присутствовал при нашей беседе.

— Я умею делать выводы. — Дариэль пожал плечами. — Ваш супруг около года считался погибшим при очень загадочных обстоятельствах. А именно, при попытке заполучить могущество бога.

И вот он вернулся с многократно возросшей силой. Стало быть, сделка все-таки состоялась. Логично было бы предположить, что его оставили в живых лишь с одной целью: расправиться с Тиционом. Но после этого он сам должен будет навсегда покинуть наш мир.

Я невольно опустила голову, не выдержав тяжелого испытующего взгляда Дариэля.

Воистину, осведомленность этого мужчины ошеломляет!

— Наверняка он заставит вас последовать за собой. — В уголках рта Дариэля завибрировала понимающая усмешка, когда я в унисон с его словами поморщилась.

— И наверняка вас это не приводит в особый восторг. Слишком тяжело шагнуть в неизвестность. Тем более это будет навязанным выбором, которому нельзя противиться. Это… Это несправедливо по отношению к вам. Очень несправедливо и жестоко.

В следующее мгновение теплая ладонь Дариэля опустилась на мою руку, лежавшую поверх стола. Я вздрогнула и посмотрела на него с нескрываемым изумлением. Дариэль в ответ лукаво подмигнул мне.

— Честно говоря, во всей этой истории мне жалко только вас, — проговорил он мягко.

— Вас без спроса втянули в огромное множество смертельно опасных приключений. Вы несколько раз чудом избежали гибели. Долгое время не видели любимый Хекс и вряд ли когда-нибудь побываете там вновь. Одни лишения и ни одной награды. Поэтому я и спросил вас: почему вы так упрямо не называете господина Киаса своим супругом?

— Как мои лишения связаны с моим отношением к Луциусу? — спросила я, уже догадываясь, куда он клонит.

— Если вы действительно любите господина Киаса — то последуете за ним без малейшего раздумья или сомнения, — очень серьезно произнес Дариэль, чуть сжав мою ладонь. — Хоть на край света, хоть за край его. Но если вы рядом с ним лишь по его желанию, то это будет еще одной жесточайшей несправедливостью в мире. — Я вскинулась было что-то сказать, но Дариэль чуть повысил голос, не давая мне перебить его: — Заметьте, я не утверждаю, что Луциус вам противен или омерзителен.