Месть Анны-Луизы

– Переезжай ко мне, не надо жить с клопами, – радушно предложил друг, а Анна усмехнулась:

– Я про твой клоповник и говорю. У тебя даже места нет, чтобы кровать поставить, а спать с тобой на диване – нетушки, без меня, обойдусь креслом...

– Нету у меня клопов: ни здесь, ни в Дайтоне.

– Ну да, здесь квартира приличная... хм... может, тогда здесь и остаться... всё равно в Вертоне у меня ничего нет, а то, что есть, скорей всего уже транспортировали на ближайшую помойку.

– Да куплю я тебе всё, что надо.

– А можно мне мужчину мечты, который не кинет меня на кануне свадьбы?

– Нет.

– Тогда ничего мне от тебя не надо, – пробурчала Анна, скрестив руки на груди и насупившись. – И долго ты там еще будешь малевать? За это время можно было уже две картины нарисовать.

– Всё, закончил, – успокоил её Нейтен, отложив кисть в сторону.

– Ну-ка.

Анна поднялась со своего места и прошла к мольберту.

– Эээ... я чет не поняла, а где мой портрет? – поинтересовалась она, уставившись на блондина с квадратной челюстью.

– Вот, – без тени шутки, заявил Нейтен, указав на портрет молодого человека. – Пришлось полностью перерисовать лицо, всё-таки у тебя очень изящные черты и очень большие глаза.

Он осушил свой стакан и поднялся на ноги. Отставив в сторону табурет, Нейтен принялся растирать ладони.

– Что-то я юмора не поняла, – растерянность залегла глубокой морщинкой на лбу Анны.

– Ты хотела мужчину, который бы увёл пер.. может, обойдемся просто «курицей»? – Получив рассеянный кивок в ответ, он продолжил: – В общем этот парень уведет невесту Кевина.

Кевин будет рыдать у алтаря. И ты будешь счастлива, – пояснил он, продолжая разминать кисти.

– Он заставит Кевина рыдать?

– Да.

– Нарисованный парень?

– Да. Нет. Ты будешь этим парнем! – На лице Нейтена появилась улыбка, которую Анна откровенно побаивалась.

Потому что такая улыбка была и в тот день, когда Нейт пообещал ей, что его родители оформят документы на её опекунство.

И в тот день, когда он божился писать из художественной школы. А потом перед отъездом на стажировку на полтора года и позвонил от силы пять раз за всё то время. Видя эту улыбку, Анна уже точно понимала – это ни во что хорошее для неё не выльется.

– Так, ты бредишь, а это я, между прочим, выпила больше, – отметила она абсурдность его заявления.

– Я много раз уже думал, как тебе объяснить то, что выходит за границы обывальщины, к которой ты привыкла.