Любовь и вороны - 1. Не было бы счастья

— Не стоило этого делать, девочка…

Голос, который пригрозил мне, больше напоминал змеиное шипение. И я бросила перепуганный взгляд на пол, отчаянным усилием воли подавив желание закричать во всю мощь легких и запрыгнуть куда-нибудь повыше — а то вдруг наступлю на какую-нибудь ползучую гадость.

Дневной свет внезапно померк в моих глазах. Нет, я прекрасно понимала, что по-прежнему нахожусь в гостиной, и через окна вливается яркий солнечный свет. Но тень за спиной Ами начала расти, отсекая меня от остального мира.

Она нависла волной сумрака над девушкой, грозясь в любой момент обрушиться вниз. Я не сомневалась, что единственной, кто пострадает от этого, буду я. Ами не чувствовала ничего неладного и продолжала самозабвенно рыдать.

А в следующее мгновение я увидела медальон на шее девушки. Почти такой же, какой был у Дариана, в знакомом обрамлении непонятных символов. Вот только вместо портрета по центру его был крупный голубой камень, словно светящийся изнутри.

Решение пришло само собой. И с диким воплем я ринулась вперед, вытянув перед собой замотанную бинтами левую руку.

Я успела увидеть, как Ами подавилась от слез и подняла голову. Успела услышать, как Оллред коротко и очень неприлично ругнулся. Успела каким-то чудом миновать отросток тумана, посланный загадочной тенью мне наперерез. Схватила медальон, дернула — и цепочка с тихим жалобным звоном порвалась. А затем проклятая вещь полетела в камин, а я уже прыгала на месте, проклиная все на свете и тряся своей многострадальной рукой.

Несмотря на защиту бинтов, охранное заклинание все-таки успело пребольно ударить по старой ране. И опять у меня было чувство, будто я окунула кисть в жидкий огонь.

— Ты даже не представляешь, с кем связалась…

Это было последнее, что я услышала. Через мгновение медальон взорвался в камине. Благо, что Оллред каким-то чудом успел кинуть перед Дарианом щит, в который и угодили все осколки и всполохи умирающих чар.

Дом с глухим недовольством задрожал, с потолка посыпалась мельчайшая пыль побелки, где-то на верхних этажах что-то громыхнуло.

И все затихло.

— Дела… — удивленно протянул Оллред, помогая Дариану встать. Беднягу, несмотря на щит, все-таки откинуло от камина взрывной волной, которая умудрилась опрокинуть его кресло. Но, вроде бы, серьезно он не пострадал.

Я громко выдохнула через рот, баюкая у груди пострадавшую руку. Дела — это еще слабо сказано!

Но боги явно решили, что на сегодняшний день нам мало будет испытаний.