Любовь и вороны - 1. Не было бы счастья

— Как ни крути, но тот колдун, который проклял тебя, прежде всего имеет огромный зуб на меня. — Дариан покачал головой. Задумчиво добавил: — Теперь бы еще выяснить, кому я умудрился перейти дорогу.

— Одного такого человека я знаю, — вступил в разговор Оллред, который, как оказалось, умудрился неслышно подобраться к нам ближе.

Кстати, те двое соглядатаев, которые оставил для присмотра за нами виер Норберг, тоже подошли к моему креслу. Правда, усердно делали вид, будто совершенно не интересуются нашей беседой, а разглядывают многочисленные фарфоровые и серебряные безделушки, расставленные на каминной полке.

Дариан посмотрел на этих двух молодцов и досадливо поморщился. Но ничего говорить им не стал, здраво рассудив, что они все равно вряд ли исполнят его просьбу.

— О каком человеке вы говорите? — вместо этого спросил он у Оллреда.

— Ну как? — Тот хмыкнул, словно удивленный, что надо объяснять настолько очевидные вещи. — Естественно, я имею в виду виера Грэга Гриана.

Он битый час распинался тут в своей нелюбви к вам. По всей видимости, где-то полгода назад вы знатно разозлили его, когда перехватили выгодный заказ. И все это безобразие с медальонами и чарами подчинения началось примерно тогда же. Любопытное совпадение, вы не находите?

— Да как вы смеете! — Такого наглого навета на своего отца я не смогла вынести. С такой злостью сжала руку в кулак, что едва не раздавила склянку с драгоценной мазью, о которой совершенно забыла.

Правда, тут же опомнилась, разжала пальцы и продолжила чуть спокойнее, хотя внутри все дрожало от негодования и ярости: — Мой отец никогда и ни за что не поставил бы мою жизнь под удар!

— По-моему, ваш отец не так давно громогласно отказался от вас, — хладнокровно парировал следователь. — И, смею заметить, повод для этого был не сказать, чтобы серьезный. Странный поступок для любящего родителя, не правда ли?

— Мой отец вспыльчив, — парировала я.

— Он вполне может в сердцах наговорить всяких гадостей. Но потом находит в себе силы попросить прощения. Не сомневаюсь, что в этот раз будет так же.

— А вот я как раз очень сомневаюсь в этом. — Оллред равнодушно усмехнулся, не впечатленный моей речью в защиту отца. — И прежде всего потому, что к тому моменту, когда ваш отец одумается и решит взять свои слова обратно, то вас уже не будет в живых.

Это был поистине жестокий удар под дых.