Любовь и вороны - 1. Не было бы счастья

Я понимаю, что у нас нет и не может быть общего будущего, даже если не брать в расчет разницу в нашем положении.

— А зачем ты подружился с Дарианом и узнавал про его планы? — спросила я.

— Мне было просто интересно. — Рикардо пожал плечами. — Дариан жил так, как мне всегда хотелось. Богатый, упрямый, он в состоянии получить абсолютно все! А я…

И несчастный парень лишь махнул рукой, предложив мне самостоятельно завершить за него фразу.

— А кто ты? — решила уточнить я.

— Мой отец мельник, а мать — обычная крестьянка, — ответил он и прочувственно захлопал длинными ресницами.

Я нахмурилась. Что-то тут не сходится. Нет, меня как раз не удивляет то, что настолько одаренный ребенок родился в обычной семье. Такое частенько случается. Но каким образом он освоил ментальную магию? Причем освоил достаточно неплохо. Это практически невозможно сделать без опытного наставника! И потом, злополучный медальон был не просто настроен на подавление чужой воли. На нем помимо прочего имелось проклятье — своеобразная защита от попытки нейтрализовать эти чары.

И что насчет угроз, которые я слышала, когда освобождала Ами от заклинания? Я уж промолчу про то, что с рассказанной слезливой историей никак не вяжется попытка Рикардо обольстить меня. Кстати, зачем ему это? Я далеко не красавица, по крайней мере, до Ами мне точно далеко. И вообще, странно все это.

— Не веришь, да? — полюбопытствовал Рикардо, видимо, заметив замешательство на моем лице.

— Нет. — Я покачала головой.

— А жаль.

Как-то это очень странно прозвучало. В тоне парня вдруг скользнула неприкрытая угроза, и я мгновенно напряглась. Ох, сдается, я была права, когда решила, что не все так гладко с этим юношей.

Рикардо между тем довольно потянулся и встал. Я попятилась назад, когда увидела, что его облик вновь задрожал, изменяясь. И интуиция мне подсказывала, что на сей раз дело может закончиться весьма неприятно для меня.

Нет, Рикардо не превратился снова в героя-любовника. На сей раз он предстал передо мной в облике высокого светловолосого мужчины лет тридцати.

Наверное, его можно было бы даже посчитать симпатичным, вот только от его по-кошачьи зеленых глаз веяло таким холодом, что я невольно поежилась.

Я скользнула взглядом по массивным перстням, которые унизывали его тонкие изящные пальцы прирожденного аристократа. Зуб готова дать на то, что каждый из них — могущественный амулет, до предела накаченный магической энергией.