Любовь и вороны - 2. Тридцать три несчастья и немного везения

— Как зовут, сколько лет, где познакомились.

Магнус набрал полную грудь воздуха и с готовностью открыл рот. Постоял так неполную минуту и с настоящим ужасом захлопнул рот.

— Не помню, — пробормотал он. — Ничего не помню! Как так может быть? Пытаюсь вспомнить — а ничего. Его лицо словно пеленой закрыто. Ничего не понимаю! Я почему-то уверен, что он мой приятель. Но хоть убей не могу сказать, где и как мы познакомились.

Норберг многозначительно посмотрел на меня, и я вспомнила его слова о том, что чары, под действие которых мне не повезло угодить, имеют много общего с магией подчинения.

Выходит, он не ошибался, и в Хельоне действительно объявился сильный маг-менталист. Но откуда? И почему он так взъелся именно на меня?

Хм-м… Я нахмурилась, силясь уловить промелькнувшую было незамеченной мысль. Почему ментальный маг взъелся на меня? По-моему, ответ очевиден. К этому наверняка имеет отношение мое занятие по производству амулетов. Если в Хельоне свил гнездо неучтенный маг-менталист, то его вряд ли привела в восторг моя работа.

Чем больше таких амулетов — тем меньше ему возможностей для обмана населения. Между тем сам королевский наместник обзавелся защитой от чтения мыслей. Весьма неприятно, должно быть, для того, кто привык безнаказанно шариться в чужих головах. Особенно если он занимает высокую должность и частенько пользуется своим даром в личных целях.

— Честное слово, я ничего не помню! — зарыдал Магнус, должно быть, сочтя затянувшуюся паузу за знак недоверия к его словам. — Виер Норберг, вы должны мне поверить! Вы ведь читаете мои мысли и видите, что в них нет обмана!

— Я очень много вижу в твоих мыслях, — с нескрываемым презрением обронил Норберг.

— Да, как человек ты полное дерьмо. Но в этом вопросе не лжешь.

— Вот видите! — возликовал было Магнус, однако тут же осекся, сообразив, что его только что оскорбили. Обиженно насупился, но протестовать не осмелился.

— А разве нельзя заглянуть под эту пелену? — полюбопытствовала я.

Норберг с удивлением взглянул на меня, явно не поняв, что я имею в виду.

— Не соблаговолите ли пояснить, виера? — переспросил он. — Как я могу заглянуть под эту пелену? Одно дело, если бы я встретился с этим загадочным типом лицом к лицу. Но лично я его не видел.

— Зато его видел Магнус. — Я пожала плечами, удивленная, что надо объяснять настолько очевидные факты.

— И? — вопросительно протянул Норберг, все равно упорно не понимая, куда я клоню.

— Вы можете читать его мысли, — пояснила я.