Любовь и вороны - 3. Поводок для волка

Его аромат еще не полностью выветрился из дома, поэтому я и подумать не могла, что у меня побывал незваный гость. Вот, в общем-то, и все. Если бы не чудо, то эта беспечность стоила бы мне жизни.

Правда, в чудеса я не верила.

Усилием воли я запретила себе думать на эту тему. Потом, все потом. Я обязательно разберусь в происходящем. Но сначала мне надо отоспаться.

И я свернулась клубочком на постели. Закрыла глаза и улыбнулась. Почему-то почудилось, будто чья-то ласковая невидимая рука невесомо погладила меня по голове.

***

Гроштер, днем позже.

Стены фамильного замка рода Клинг издавна славились надежностью и неприступностью. Сложенные из серого необработанного камня, они поражали своей толщиной, что не позволяла ни малейшему звуку вырваться наружу. А про подземелье, расположенное под замком, среди слуг ходили настоящие жуткие легенды. Даже Хольгон, служащая верой и правдой роду Клинг уже многие годы, не осмеливалась спускаться сюда в одиночестве. Лишь в сопровождении кого-нибудь из хозяев, да и то с огромной неохотой, которая так и читалась на ее обычно бесстрастном и невозмутимом лице.

Хотя сам Норберг никогда не запрещал никому из слуг заглядывать в самые дальние и глухие уголки замка. По большому счету запрет являлся лишним. Не было такого смельчака, кто захотел бы проверить, действительно ли по подземелью скитаются неупокоенные духи тех несчастных, кому не повезло когда-либо перейти дорогу представителям рода Клинг.

Но сегодня под низкими каменными сводами сего жуткого места гуляло гулкое эхо.

Кто-то то захлебывался в жутком крике, то разражался хриплыми рыданиями, умоляя о пощаде. Лишь изредка воцарялась тишина, когда несчастный, по всей видимости, терял сознание. Но потом пытка возобновлялась вновь и вновь.

Фелан стоял у лестницы, ведущей на верхние этажи, и откровенно скучал. Его изумрудные глаза тускло поблескивали, отражая неяркий свет плавающей неподалеку магической искры. То и дело блондин украдкой сцеживал в раскрытую ладонь зевок.

Неожиданно очередной протяжный стон завершился приглушенным бульканьем, как будто кровь лилась из разорванного горла.

Мгновение, другое — и тошнотворные звуки прекратились. Фелан недоуменно нахмурился и вздохнул, даже не пытаясь скрыть разочарования.

Спустя пару мгновений дверь, скрытая в одной из стен, с душераздирающим скрипом давно не смазанных заржавевших петель отворилась. Через нее, нагнувшись, вышел Норберг.

— Ты быстро управился, — с легкой ноткой неудовольствия заметил Фелан.