Любовь и вороны - 3. Поводок для волка

Прежде всего из-за того, что он был готов убить беззащитного человека. А я не сомневалась в том, что он уготовил Винлану именно смерть. Тот слишком много узнал из нашего разговора.

А ведь Вентору ничего не стоило решить эту проблему иначе. Интересно, почему он вдобавок к обездвиживающим чарам не воспользовался еще и оглушающим заклинанием? Причем не при разговоре, но раньше — в момент нападения. Это сохранило бы жизнь Винлана.

«Да, но тогда, скорее всего, Норберг быстро догадался бы, кто помог мне исчезнуть, — мысленно возразила я.

— Вентор мог бы напасть на Винлана без предупреждения. Но оборотни полагаются не только на зрение, но куда чаще — на нюх и слух. То есть, даже неожиданная атака не стала бы гарантией того, что Вентор сохранил бы в тайне свое участие в предстоящей схватке. Если оставить Винлана в живых, то вся игра Гортензии будет с самого начала испорчена».

И все-таки это было не оправданием.

Получается, участь Винлана с самого начала оказалась предрешена. Но из этого следует еще один ну очень неприятный вывод.

Предрешена и моя судьба.

Теперь я не сомневалась в том, что Вентор не рассматривает даже малейшую вероятность моего отказа от роли подсадной утки, на которую будут ловить Норберга. Нет, я, безусловно, могу послать противного мальчишку ко всем демонам. И тогда меня сопроводят в стаю Гортензии насильно.

— Вы слишком долго рассуждаете, — с неудовольствием сказал Вентор. — По-моему, я ясно обрисовал все плюсы и минусы ситуации, в которую вы угодили. А так же возможные пути выхода из нее.

Я должна была согласиться. Должна была примерить маску преданного союзника Гортензии. Вентор ждал от меня именно этого. Более того, это было единственным приемлемым решением. Если я откажусь — то лишусь того призрачного преимущества, что у меня имеется.

Но если я соглашусь — Винлан тотчас же погибнет.

Здравый смысл и чувство самосохранения кричали мне во весь голос — ну и демоны с ним! Право слово, я почти не знаю этого мужчину. С чего вдруг мне переживать о нем?

Но перед мысленным взором внезапно стала недавняя случайно увиденная картина. Винлан копошится в земле, бережно выпалывая розы от сорняков. А на его лице сияет абсолютно счастливая безмятежная улыбка.