Любовь и вороны - 3. Поводок для волка

— Однако его первенцу уже три года, — возразил мужчина. — А его «глупая селяночка», выражаясь твоим языком, со дня на день родит второго. И уже несколько лет Фелан не был замечен ни в каких любовных похождениях.

— Я более чем уверена, что Фелан просто научился хорошо заметить следы, — возразила Гортензия. — Он умный мальчик. Истинный сын моей семьи. И понимает, что самое любимое блюдо надоест, если есть его каждый день, а самая любимая женщина — опостылеет, если ласкать ее каждую ночь. В изменах нет ничего дурного, если они не разрушают брак.

— Тем не менее, факт остается фактом, — тяжело обронил мужчина. Гортензия вскинулась было что-то возразить, и он шутливо поднял руки, как будто сдаваясь: — Дорогая, я ведь не спорю с тобой. Просто говорю: как я ни пытался, но, увы, не нашел никаких доказательств того, что Фелан развлекается на стороне. А я очень старался. Лишняя ниточка влияния никогда не повредит.

Дорогая?

Я мысленно отметила то, как мужчина обратился к Гортензии.

Гортензия недовольно покачала головой. Затем перевела взгляд на меня и приказала:

— Продолжай! Зачем ты хотела соблазнить Фелана?

В этот момент я подумала про своеобразную иронию судьбы. В кои-то веки решила по-тихому изменить мужу. Провернуть все так, чтобы никто никогда ничего не узнал. А в итоге вынуждена уже который раз рассказывать это в подробностях совершенно посторонним людям. Поневоле задумаешься: а не постигла ли меня кара небес?

Гортензия, недовольная затянувшейся паузой, многозначительно кашлянула.

— Я хотела забеременеть от него, — обреченно вздохнув, призналась я.

— Забеременеть? — Гортензия скептически заломила тонкую бровь. — Почему именно от него?

— Он — оборотень кошачьей породы, я тоже. — Я пожала плечами. — Вот и… — Подумала немного и добавила, чтобы у Гортензии не осталось больше никаких вопросов: — Мой муж — обычный человек.

— Все равно не понимаю! — Гортензия всплеснула руками.

— Да нет же! — Я чуть повысила голос, раздраженная, что надлежит объяснять настолько очевидные вещи. — Я хочу, чтобы мой ребенок родился чистокровным оборотнем. Это сделает его сильнее и выносливее.

Гортензия продолжала хмуриться, постукивая пальцами по подлокотникам. Странно. Такое чувство, будто она не верит мне.