Моя надежда

И, может быть, именно это стало причиной того, что Эриан так часто задумывалась о различиях, навсегда разделивших отца и его врагов.

Ближе к полудню, когда пелена дождя немного расступилась, и стало можно высунуться в окно, не рискуя в первое же мгновение промокнуть насквозь, Эриан собралась духом и, одолев сон, позвонила в колокольчик, вызывая матушку Полетт к себе.

Та помогла молодой леди одеться, долго расчёсывала непослушные волосы. Затем раскрыла шкатулку с лентами, что принесла с собой, и несколько минут выбирала ту, что подошла бы к цвету платья, волос, гобеленов и волн за окном.

Остановившись наконец на изумрудной, она взяла её в руки и несколькими ловкими движениями заплела пышные пряди в тугую косу, а затем собрала остатки рассыпавшихся вокруг висков локонов венцом. Помогла девушке встать и, поддерживая её под руку, проводила по узкой винтовой лестнице во двор.

— Можешь быть свободна, — отпустила её Эриан. Напоследок приняла из рук матушки зонт и жестом отсекла возражения.

Затем решительно направилась к конюшне, на ходу подавая страже знак открыть ворота. Гнедая, подаренная Эриан отцом два месяца назад, уже стояла под седлом. Эриан потрепала её по ушам и уже занесла ногу над стременем, когда услышала шаги за спиной.

— Молодая леди намеревается нанести кому-то визит? — поинтересовался у неё широкоплечий мужчина с коротко стриженными каштановыми волосами, в плаще с гербом рода Ригель — начальник стражи, отцовский сенешаль Колдер. Он остановился в паре шагов, скрестив руки на груди, и требовательно смотрел на неё.

— Очень смешно, — заметила Эриан с невольной злостью, — кого я могу навестить, кроме рыб?

До того как Эриан исполнилось девятнадцать лет, отец всякий раз, отправляясь в город, брал её с собой. Но вот уже восемь недель он не позволял ей покидать замковых стен.

Сенешаль улыбнулся, и Эриан, сделав над собой усилие, тоже смягчила выражение лица.

— Я просто хочу прогуляться, Колдер. Сил нет сидеть взаперти. Уже третий день идёт дождь.

За окном не меняется ничего. Даже мальчишки перестали играть на берегу.

— Возьмите с собой пару стражников.

Эриан знала, что Колдер всегда чрезмерно беспокоится о ней, прекрасно понимая, насколько велика её ценность для семьи и в первую очередь — для самого лорда Ригеля.

— Тебе мало той стражи, что стоит на мосту? — поинтересовалась она. — Кто может приблизиться к нашим стенам, кроме нас?

— Возьмите, — настойчиво повторил Колдер, — я не шучу.