Лабиринты Роуз

Видимо, в Тогн–Зитте использование легких перегородок было в ходу.

– Снимай свое рубище и иди туда, – Санти ткнула пальцем за одну из ширм. – Там найдешь ведро с водой. Умойся.

– А где Солнце? – решилась подать голос Роуз, развязывая башмаки.

Санти немного помолчала, гремя посудой. Так, во всяком случае, показалось Роуз.

– Зачем она тебе?

– Она должна помочь мне выбраться из лабиринтов, – Роуз стягивала через голову платье, поэтому не сразу разобрала ответ. – Что?

– Я говорю, Солнце никому и ничем не обязана.

Не думаю, что она захочет с тобой встретиться. Скажи спасибо, что она прислала двух своих лучших воинов.

– Я не видела никаких воинов, – завязки на шальварах никак не удавалось развязать, и Роуз застонала от бессилия.

– Дай, – подошедшая Санти вытащила кинжал из ножен и просто срезала узлы. – Я говорю о себе и Дори. Ты знаешь ее как Салиму. Думаешь, легко прислуживать капризной принцессе?

Увидев, что Роуз поджала губы, бросила ей:

– Прости.

Роуз повернулась спиной и наклонилась над ведром.

– О, да у тебя бок весь синий! – воскликнула Санти, рассматривая следы когтей дракона, потом подняла глаза на Роуз и заметила, что та плачет. – Я не ожидала, что тебе так достанется. Твое спасение было продумано до мелочей, но ночной побег от Петра, его заключение в подземелье сорвали все планы. Пришлось действовать быстро.

– Скажите, а Дори спасется?

– О ней не переживай, Дори уже вернулась во дворец. Никто не заподозрит, что она вывела тебя.

– Зачем она вернулась? Я же спаслась!

И опять Санти долго посмотрела на Роуз, в ее глазах сквозило не то презрение, не то осуждение.

– Ты забыла о Петре. Солнце и Дори на все пойдут, чтобы вытащить его.

– Ой, вода холодная! – воскликнула Роуз, но извинилась, видя, как вспыхнули глаза Санти. – Простите. Я просто не ожидала.

– Здесь нет Петра и Салимы, чтобы греть воду Вашему Высочеству. Вот чистая одежда, на столе еда. Сиди тихо. Я скоро вернусь.

Неслышно притворилась дверь, и Роуз упала на стул, обессилено свесив руки между колен.

Она догадывалась, что не очень нравится Санти, хотя, скорее всего, сама в этом виновата. Надо же было забыть о Петре! Усталость и страх явно затуманили разум, раз она опять думала только о себе. Роуз стало стыдно.

Мучительный спазм заставил принцессу согнуться. Она вспомнила, что не ела почти два дня, а запах еды вызвал приступ голода. Посмотрев на свои израненные грязные руки, она, вздохнув, поднялась и, сжав зубы, начала мыться холодной водой.