Драконий зев

Пожалуй, мне просто необходимо еще раз поговорить с отцом и попытаться убедить его, что я не созрела для брака, а когда придет время, сама выберу достойного суженого.

Я встретилась с отцом лишь на следующее утро. Тот нашел время для единственной дочери перед самым появлением гостей, а до этого занимался подготовкой церемонии представления женихов. Его одежда – синий бархатный камзол, вышитый золотом и украшенный капельками из горного хрусталя на рукавах и воротнике, брюки в тон с золотыми стрелками по краям – свидетельствовала о серьёзном настрое.

Удовлетворенно хмыкнув, отец оглядел мой наряд. Видимо, выгляжу я вполне достойно, чтобы не опозорить род Тэнгу. Сегодня на мне шёлковое платье цвета темной сливы в пол, а сверху лифа, держащегося на тонких бретельках – гипюровая накидка, которая больше подчеркивает, чем скрывает. Её удерживает единственная золотая пуговица у основания шеи. Мягкие складки скрывают острые локти, а пояс-бант из того же сиреневого шелка, что и платье, охватывает тонкую талию.

Неудобство, которое я испытывала в этом вызывающем наряде, я компенсировала легкими туфельками без каблука. Ия приносила мне другие, но не заметила, что я в итоге надела.

Над моими пышными волосами, черными, как россыпь агата, Ия особенно потрудилась. Разбудила меня из-за этого ни свет ни заря. Сначала завила с помощью маленьких разогретых кусочков твердой ткани, а потом уложила тяжелым колосом прядь над прядью, украсив верх прически нитью жемчуга и россыпью заколок-украшений с белыми цветами из опала, которые я выбрала сама.

Я любила носить свои украшения, это придавало мне уверенности.

« Вы блистательны, госпожа!» – с умилением воскликнула Ия.

– Приятно видеть тебя в добром здравии, дочь, – ограничился коротким замечанием отец. Кажется, сегодня Энрике Тэнгу пребывал в хорошем расположении духа, потому что это самый мягкий комментарий в адрес моей внешности, который я слышала. Чаще всего мне доставались совсем другие фразы, вроде «худа, как кость», «бледна», «болезненная на вид» и так далее.

Я ответила смущенным поклоном.

– Ты хотела поговорить? Начинай, – после короткой паузы предложил отец, указывая на мягкий стул прямо перед собой. Он сидел за рабочим столом, на котором были разложены деловые бумаги.

Энрике выглядел очень важным и собранным. Атмосфера вокруг него буквально кричала: «Не отвлекай меня по пустякам! Говори, что надо, и уходи». Кажется, я напрасно думала, что Кларисса выбрала неудачное место для личной беседы.