Киска ректору не игрушка!

 – Оно проснулось!

Моё пробуждение заметила служанка, которая сейчас с небольшим веничком в руках (этакой палкой с тряпичными лоскутами) стирала пыль с книг на полках. Стоило мне подняться на лапы и потянуться, выпуская когти в обивку дивана, как тотчас услышала шипение, как там её, Берты?

– Эй-эй, порвёшь подушки, и хозяин из тебя котлеты сделает! – пригрозила она мне.

Вообще-то я и сама знала, что это некультурно, вот так рвать дорогую, кстати, ткань. Но ничего не могла с собой поделать, когти уже зацепились за изумрудного цвета велюр, и когда я убрала их обратно, раздался скрип.

С лёгким муркающим звуком спрыгнула на пол и постаралась сделать невозмутимый вид, будто это не я только что нашкодила.

Берта же уставилась на меня осуждающим взглядом, мол, ни шагу в сторону.

О-хо-хо…

Я вздохнула и недовольно застучала хвостом по ковру. Вообще-то новая часть моего тела сейчас словно жила своей жизнью. То вильнёт из стороны в сторону, то опять уляжется на пол.

Я же уселась на задние лапы, или на копчик, если быть точнее, и стала сверлить Берту таким же осуждающим взглядом, как и она меня, пока не услышала следующие слова:

– О, проплешины пропали…

Что? Правда, что ли?

Наверняка мои глаза сравнились сейчас округлостью с фарфоровыми блюдцами, которые она недавно разбила. Ах, точно же, хозяин сего дурдома поколдовал над подносом…

Так, мне срочно нужно зеркало.

Я обернулась и беглым взглядом изучила библиотеку со шкафами во все стены, заставленными книгами.

Хм, зеркала не обнаружила.

Дверь в комнату неожиданно открылась, и внутрь вошёл дворецкий. К гадалке не ходи, он собирался меня покормить, потому как в руках у него сейчас находилась миска с ароматнейшей едой.

Я напрягла обоняние и пришла к выводу, что это какой-то мясной паштет.

– Му-р-р… – не удержалась от комплимента повару.

Ага, рано разогналась, потому как Майлз вместо того, чтобы поставить тарелку на пол, позвал меня за собой:

– Идём, здесь и людям-то кушать запрещено, а уж животным и подавно. Сам господин ест только в столовой. И требует от остальных соблюдения правил приличия.

– Мяфк! – воскликнула я недовольно.

Ну вот куда, скажите мне, он понёс мою еду, а?! И пускай его господин ест хоть в туалете.