Киска ректору не игрушка!

Вторым пунктом головной боли для местной стражи была проблема пагубного влияния хмельного зелья, получившего в словарном обиходе местных пьяниц и трактирщиков название «Змей».

Потому, пробегая мимо приоткрытой двери злачной питейной, Люпин ничуть не удивился, с самого утра услышав зычное:

– Ещё зме́я!

– И мм-мне, – промычал следом местный алкаш.

Ван Роуз тем временем в кои-то веки безболезненно покинул переулок. С одной поправкой – безболезненно для хулиганов, воров и убийц, которые нет-нет да набирались наглости и покушались на служителей Тёмного ордена.

Рисковые личности искренне надеялись напасть в своём маленьком приключении на какого-нибудь не слишком умного и не слишком ретивого адепта, желательно богатого и не страдающего жадностью, но одарённого исключительным чувством самосохранения. В общем и целом удача им улыбалась… в одном случае из ста. Но даже его хватало, чтобы подогревать интерес всякого златолюбца, решившего срубить лёгких денег по-быстрому.

Вот и мастеру тайных знаний, магиусу десятой ступени тёмной магии, повезло наткнуться на подобных индивидов.

Уже на подходе к дому, когда Люпин снова решил срезать путь через переулок, ему преградили дорогу сразу трое.

– Гони бабло! – прохрипел прокуренный голос ушлого грабителя.

– Да-да, гони давай, – поддакнул его прихлебатель, прячась за спиной первого.

Магиус хотел было им ответить и отпустить по-хорошему. Ведь сегодня он был не в настроении, и даже такая маленькая заварушка могла с лёгкостью вывести его душевное состояние из равновесия, и тогда, прощай половина города, если Люпин рассвирепеет.

Но нет, бандиты решили рискнуть здоровьем горожан, и продолжили гнуть своё.

– Гони, говорю, сумку, деньги, всё!

– Эй, что у него там в плаще трепыхается?

И именно в этот самый момент пойманная кошка надумала жалобно подать голос:

– М-мя-яу…

Люпин тотчас ощутил, как бедное животное испуганно задрожало. Одна из струн его души отозвалась на это чувство и позволила сместить всё внимание на новое, довольно приятное открытие – тревогу и желание защитить этого плешивого возмутителя спокойствия.

– Э-эй, – окликнул его первый и самый смелый из бандитов. – Он чё там? Язык от страха проглотил?

В темноте переулка слабым светом блеснула заговорённая сталь, вынутая из ножен.

– Ну ничего, сейчас мы это… того самого… и туда самое вырежем, ну, вы поняли.

Увы, подобным планам не суждено было сбыться.