След лисицы

Здесь же – за каждым стволом, за каждым кустом воинам чудилась опасность и недобрые взгляды.

И доблестных битв тоже пока не получалось: первая же найденная деревня покорно согласилась подчиняться кохтэ и выплатила виру за своих людей. Здесь жили крупные, высокие, широкоплечие люди с окладистыми бородами. Из них вышли бы отменные воины невероятной силы, но куда даже двум десяткам таких мужчин встать против пятитысячного войска?

Старые тысячники шипели на ухо Баяру, что нужно бы вырезать мужчин, угнать в полон женщин и забрать себе детей, а деревню сжечь, но хан отмахнулся раздраженно.

Не столько ему нужны были меха да золотые украшения, которыми от него откупились, сколько хлеб да овес. А если убивать хлебопашцев, кто будет сеять и жать? Бездомные псы? К тому же убивать тех, кто не принимает бой, совсем не почетно.

Иргану, который так мечтал показать свою силу, Баяр насмешливо предложил сразиться с каким-нибудь мором в честном поединке, даже кликнул по деревне, нет ли кого желающего.

Желающие были.

Для кохтэ это была игра, развлечение, шутовство. Для моров – шанс на свободу и жизнь. Они ведь прекрасно понимали, что их будущее зависит только от этого невысокого, загорелого дочерна молодого мужчины с хищным прищуром темных глаз. Даст он знак, махнет рукой – и не будет на белом свете больше деревни Поддубки. Да, за княжеской подмогой уже убежал мальчишка, но скоро ли появится дружина из Бергорода? Уж не скорее огня, который деревянные избы спалит еще до захода солнца.

За околицу вышел кузнец: могучий мужчина с такими огромными руками, что рядом с ним крупный Ирган казался ребенком.

И меч у него был двуручный, таких кохтэ и не видывали вовсе. Баяр был уверен, что не сможет его и поднять даже, не то, что взмахнуть.

В бою, да верхом на коне этакую тушу поразить несложно, а попробуй-ка один на один! Вздохнул тяжко, бросив теперь неотступно находившемуся рядом Ольгу: “За мной иди, сын моров”, пошел вразумлять Иргана. Не то чтобы ему было его сильно жаль, но сестра, наверное, расстроится.

Брат все же, хоть и невеликого ума.

— У тебя оружие покороче есть? – спросил он кузнеца. – Булава? Годится. Тут хоть зрелищно будет. И вот что – не до смерти бьетесь. До первой крови. Иначе – за каждую каплю крови моего воина десяток голов срублю, понял?

— А ежели я нечаянно его пришибу? – угрюмо басил кузнец.

— А ты не пришибай. Руки-ноги можно ломать, убивать нельзя. И тебя, Ирган, тоже касается.

Ирган кивнул молча, щурясь.