След лисицы

— Листян, ты сейчас своими капризами ставишь под удар торговый союз. Старый муж — это даже не плохо. Быстро станешь молодой вдовой, вернёшься домой, если захочешь.

— Баяр, может… — Дженна снова попыталась было вставить пару слов, но он отмахнулся от неё.

— Не может. Сестра…

— Ясно все, — степнячка топнула ногой и выбежала прочь.

Поняла она. Баяр, конечно, ей уступит, если она сейчас закатит скандал и упрется, как буйволица. Вот только позора на оберёшься — на всю степь ее эта история прославит.

Кто ее потом замуж возьмёт? Наран? Вот уж больно надо!

Нарана она не любила совершенно. Знала, что он хороший парень, но слишком уж простой для неё. Смешной, некрасивый, худющий. Да ещё и рыжий. Нет, никогда она не пойдёт за такого замуж! Она, единственная сестра хана, такая красивая, такая… великолепная! Сравнится ли кто в степи с ней толщиной кос или фигурой? Найдётся ли ещё девушка с такими глазами и губами? Да ещё и девственница?

Жалко ей себя было невозможно.

Как так — к старику в постель? Но думать надо было раньше, Листян это понимала, и злилась больше на саму себя, чем на брата.

Села прямо на землю возле «женского» шатра и расплакалась, глядя на появляющиеся уже звёзды в ночном небе. Тихо всхлипывала, понимая, что кончилась ее беззаботная юность. Муж неизвестно, будет ли к ней добр. Чужая земля, чужие люди, чужие обычаи и чужие боги. И первая брачная ночь — со стариком.

— Что с тобой, Листян-ага? — рядом с ней на корточки присел тот, от кого она давно сбежала.

— Ты плачешь?

Девушка знала, что Наран все ещё ее любит. Он смотрел на неё с жалостью, с нежностью. На миг снова мелькнула дерзкая мысль сбежать с ним прочь, как когда-то она уже сбежала от отца к брату. Вот только второй раз обмануть его не выйдет. Да и менять жизнь княгини, хоть и при старом муже, на шатёр пусть даже и тысячника было глупо и недальновидно. А вот… Злость и жалость к себе — плохой советчик, просто отвратительный.

И Листян совершила ошибку, о которой жалела не раз.

Подалась к нему, глотая слёзы, обвила его шею руками, поцеловала сама. Наран оцепенел, не веря, но глаза его вдруг вспыхнули таким восторгом, таким счастьем, что ей вдруг захотелось засмеяться.

— Лис, — шепнул он, опуская руки ей на плечи. — Что ты делаешь?

— Отнеси меня в свой шатёр. Сейчас, сегодня.

— Почему?

— Я так решила.

Этого ему было достаточно.