След лисицы

В глубине лесной

Путь к семейному счастью без брата оказался почти мучительным. Листян страшно устала: никогда еще она не ездила верхом так далеко без роздыха и остановок. Три дня в седле, без перемены одежды, без умываний – вода в ручье была ледяной, а греть для нее никто не стал. Она, впрочем, попросить постеснялась. Это дома она могла командовать, а тут – боязно. Князь не обращал на нее никакого внимания, ехал впереди со своими людьми. Даже спешится с коня не помог ни разу. Листян и сама умела, но ведь можно было хотя бы перед дружинниками показать, что с ним не простая девка едет.

Словом, было обидно и очень.

Утром третьего дня, когда с неба вдруг повалил снег, свернули с тракта в лес на едва заметную тропинку. Лес был страшен для привыкшей к просторам степи девушки. Она вздрагивала и озиралась от каждого шороха, старалась не смотреть по сторонам, ведь за каждым кустом ей чудились глаза зверей, о которых она слышала лишь в сказках: беров, волков, рысов. А когда один из дружинников вскинул тяжелый длинный лук и быстро выстрелил в сторону, Листян не заорала только потому, что дыхание перехватило словно ледяными пальцами.

Неужели – волки? Или еще кто страшнее?

— Славно, Некрас, – пробасил князь. — А приказ был?

— Так олень же, княже!

— Ну вот так волхву и скажешь, когда он спросит, почему в заповедном лесу его зверя убили.

— Бросить теперь? — расстроился неудачливый лучник.

— Голову свою брось! Добить, разделать и вывезти из леса. Да молить лисицу, чтобы волхв был в духе добром.

Добрыня, поможешь ему. И в лес оба даже не суйтесь, ждите у дороги.

Листян перевела дыхание. Очевидно, страшного волхва здесь боятся куда больше, чем дикого зверя. Неужели местный шаман настолько страшен? Вспомнила Аасора с его лысой головой и хитрыми глазками, вспомнила, как он пытался ее учить владеть силой огня, но быстро раздумал, потому что ученица из Листян вышла неважная. Стрелять она еще выучилась из лука — потому что нравилось мужское внимание, нравились восхищенные взгляды, на нее обращенные.

А чего-то иного ей и не нужно было никогда, да и зачем? Она женщина, маленькая, нежная и беззащитная. О ней мужчина должен заботиться и ее защищать. Пока что так и было.

Кони шли цепочкой, медленно, но ровно. Долго – Листян успела совершенно даже успокоиться и потихоньку оглядываться. Наверное, летом здесь было бы даже красиво, пока же огромные, кривые, покрытые серым мхом деревья пугали.