Дочь Палача

– Не хотелось бы встретиться с палачом.

— Что, боишься его? – рассмеялись в ответ. – Ничего он нам не сделает.

— А его дочь?

— А она-то что?

— Не знаю, но когда вижу её, кровь застывает в жилах.

— Дурная девка… – выругался сообщник, смачно сплюнув на пол.

Я стояла и слушала их разговор, едва дыша. Понимая, что я просто-напросто не справлюсь с двумя мужчинами, начала потихоньку отступать. Шаг… второй, сердце колотилось как бешеное. Я уже была возле двери, как вдруг спиной наткнулась на препятствие, которого в этом месте не должно было быть.

— Бу-у, – горячее дыхание ударило мне в шею. Я тут же развернулась, встретившись с тёмной фигурой. Судя по силуэту, это был ещё один мужчина, однако разглядеть его лицо я не смогла, так как в коридоре было темно, хоть глаз выколи. – Давно не виделись, – едва слышно проговорил незнакомец.

— Что вы тут… – завопила я, но меня наглым образом схватили за талию и впились в губы. Поцелуй был жёсткий, собственнический. Я настолько растерялась, что ничего не смогла поделать.

А потом почувствовала резкую боль в затылке после чего меня накрыла тьма.

Пришла в себя от жара и вспышек, что плясали передо мной. Яркие всполохи огня резали глаза, а дым, исходивший от дубовых брёвен, проникал глубоко в лёгкие. Я лежала на траве недалеко от горящего дома. Голова гудела и ныла, отдаваясь болью в виски. Так что я не сразу поняла, что это горит наш дом. Огонь охватил почти всю территорию: само жилище, маленький сарайчик, где мы держали кур, небольшой сад с кустарниками малины.

На шатающихся ногах встала, смахивая слёзы и утираясь рукавом платья. Я не слышала вопля набежавших людей, крика птиц, воя собак. Один лишь треск поленьев в огромном костре, да глухие удары сердца.

— Давно не виделись… давно не виделись…, – шептала я последние слова незнакомца, словно проговаривала молитву.

Вдруг внутри что-то ёкнуло и перевернулось, сердце сжалось и замерло. И я все никак не могла поверить в свою догадку. Неужели это был... Рональд Рейн?!

Глава 13

— Это был Рональд Рейн! Вне всяких сомнений, – хрипло произнесла я, сидя на королевской кухне.

Беатрис мельтешила возле, то и дело подливая в огромную кружку успокаивающий отвар. Пахучая жидкость защекотала мне ноздри, отчего я чихнула. Женщина всплеснула руками, накрыв мои плечи теплой шалью. Отец сидел поодаль от меня, опершись локтями на стол. По сдвинутым бровям и нахмуренному лбу было видно, что он обдумывает что-то очень важное.