Ты пожалеешь, милый

— Почему же? Зачем тебе он? Выходи за меня и я помогу тебе воплотить в жизнь твои желания.

— Умрешь как можно быстрее и сделаешь меня вдовой?

Несколько секунд мы сидели в тишине, Райан выглядел потрясенным, но быстро пришел в себя и захохотал. Отсмеявшись, он произнес:

— Ты можешь сколько угодно уверять меня, что выросла и изменилась, но правда в том, что ты все так же осталась той сумасшедшей девчонкой, впутывавшей меня во всякие неприятности.

— Я похищенная, — я ткнула себя в грудь, после чего перевела палец на него, — ты похититель.

Он грустно улыбнулся.

— Тот Райан не потерял все, Циа и не вынужден был выживать. Но если ты пожелаешь, я стану тихим и правильным. И ты будешь меня защищать. Как в детстве.

Меня это… разозлило. Все что он говорил было неправильно. Зачем мне его притворство? А главное: как долго он сможет изображать того, кем не является? И когда возненавидит меня за то, что ему приходится это делать?

Губы начало покалывать и я не смогла высказать ему все это.

Времени больше не осталось, я должна была действовать как можно скорее.

Я порывисто поднялась, удивив Райана.

— Циа?

На мое приближение он смотрел с опаской, будто посчитал, что я его сейчас побью. И я бы могла, в детстве ему часто от меня доставалось…

Райан не сопротивлялся, когда я обхватила его лицо ладонями. Я видела, как его глаза округлились, а зрачки расширились, когда он понял, что я собираюсь сделать.

Больше я ничего не видела, я зажмурилась.

Его губы были мягкими и теплыми. На одно короткое мгновение я испытала даже что-то вроде облегчения, потому что мне не пришлось целовать маркиза…

А потом Райан с энтузиазмом ответил на неуверенное прикосновение моих губ к своим.

В одно мгновение я оказалась в неприличной позе, сидя на его коленях и крепко прижатая к телу. Подол платья задрался.

Я попыталась отстраниться, разорвать поцелуй, подняться и потерпела поражение.

Райан среагировал мгновенное, зарылся пальцами в мои волосы и притянул ближе. Полностью лишившись контроля над ситуацией, я испугалась. Пусть все шло по плану, он исступленно сцеловывал состав с моих губ, а мне для этого ровным счетом ничего не нужно было делать, но ощущать себя абсолютно беспомощной было жутко.

Никогда раньше я не испытывала такого ужаса, даже когда меня пороли после очередной провинности.

И я заплакала.