Ты пожалеешь, милый

— Мой состав не ядовит. — оскорбленно произнесла я. Савр на моих руках согласно чирикнул, хотя едва ли он хоть что-то понимал, скорее среагировал на мой обиженный тон. — Он легко выводится из организма, то есть, его воздействие ограниченно по времени.

— И когда оно должно закончится? — спросил он, убрав меч в ножны одним легким движением — это выглядело настолько впечатляюще, что я сразу же решила — Райан рисуется.

— Вообще без понятия.

— Ты же сказала…

— Я помню, что сказала. Но каждый организм будет избавляться от состава со своей скоростью.

Хотя, думаю, тебе много времени на это не потребуется.

— Мне показалось, или я услышал в твоем голосе сожаление? Разве ты не должна быть благодарна своему спасителю?

Я промолчала, хотя очень хотелось заметить, что моим спасителем, в общем-то, был дворецкий. Это он разобрался с браконьерами. Райан же собирался убить несчастного савренка.

Мы шли не так уж долго. Сумрачный и сырой лес поредел, света стало чуть больше и Райан остановился. Я охотно последовала его примеру.

Пусть савр и казался легким, но руки оттягивал знатно и категорически отказывался перебираться к Райану или его дворецкому… мне нужно было бы узнать его имя, но я не знала как. Неловко было спрашивать напрямую, потому что мне казалось, что он представлялся, при нашей первой встрече, я просто не обратила на это внимания.

— Здесь я смогу открыть переход. Помоги Цие, боюсь, я с этим не справлюсь. — сказа Райан, обращаясь к дворецкому.

Тот кивнул. Убрал меч, который держал все это время в руках и подхватил меня вместе с савром.

— Прошу меня простить. — сказал он с невозмутимым видом.

— Это какой-то очень опасный переход, который может оторвать мне ноги? — серьезно спросила я.

Дворецкий смутился и отвел глаза. Пока не смотрел он, смотрела я.

Но не находила в его внешности ровным счетом ничего странного. Слишком молодой для дворецкого, но и только-то. Ему едва ли исполнилось тридцать, а Райан уже доверил ему заботу о своем особняке.

К тому же, особняке, находившемся в Проклятом лесу.

Мне понравились его волосы, русые и густые, с едва заметной волной — они напоминали мне мою первую лошадь. Немолодую и смирную Грушу. Слишком неказистую и не приспособленную для упряжки, но такую послушную и идеально подходящую для обучения верховой езде. Я очень любила ее и воровала с кухни яблоки и морковку, чтобы преподнести ей гостинец. С животными отношения у меня складывались куда лучше, чем с людьми.