Жена Алмазного Дракона

Она не могла не оставить следов.

Келиар кивнул.

- Это и для меня загадка. Ты должна быть мертва – но ты жива. И никаких следов принятого яда. Какое у тебя самой объяснение тому, Катерина?

Я пожала плечами.

- Что я умираю и вижу предсмертные галлюцинации. Видения, - пояснила на случай, если у этих драконов не существует понятия «галлюцинация».

Кстати, на каком языке я разговариваю?.. Как будто на родном и привычном с детства, но…

Я не успела ничего проанализировать, потому что Келиар задал следующий вопрос:

- Что последнее ты помнишь до того, как лишилась сознания?

«Свадьбу брата», - чуть не слетело с языка.

Но я открыла рот – и тут же захлопнула. Стоит ли откровенничать с этим подозрительно любезным типом? Как он поступит со мной, когда я все расскажу? Он допрашивает меня не из заботы о здоровье. Скорее как американский коп – все, что вы скажете, может быть использовано против вас.

- Я… почти ничего.

Маслянисто-любезный взгляд с толикой настороженного интереса сменился откровенно хищным, жестким, беспощадным.

А в следующий миг я закричала и рухнула на пол, корчась от боли.

Глава 2

Звук тяжелых подошв по полу. Замшевые сапоги с идеальной выделкой оказались прямо перед моим лицом. Я откатилась дальше, в ужасе, что сейчас меня еще и пнут, в дополнение к чудовищной боли.

Пинка не последовало. Сверху прозвучал голос Келиара с ледяными, убийственными нотками:

- Это первый раз, когда ты попыталась солгать при нашей беседе. Надеюсь, последний. Ты наивно думала, что я веду с тобой светскую болтовню? С вражеской лазутчицей? Может, ты и не помнишь, кому должна была передать добытые сведения, но от этого не перестала быть шпионкой.

Я вытряхну из тебя воспоминания, все до последнего. И чем больше ты сопротивляешься, тем больнее тебе будет. Это ясно?

Я промычала нечто нечленораздельное. То ли оно прозвучало как согласие, то ли отвратительный садист и так понял, что отказываться я не собиралась. В следующее мгновение меня обхватили мощные мужские руки, подняли в воздух и поставили на ноги.

А прямо в лицо устремился холодный взгляд серых глаз. Словно пытался просверлить мне череп, вытащить мозги наружу и разобрать по извилинкам, пытаясь отыскать несуществующие воспоминания о сообщнике-шпионе.

- Сядь.

Меня подвели обратно к тахте. Я едва не рухнула на нее, как подрубленная наточенным клинком.

- А теперь отвечай на вопрос. И больше не пытайся лгать. Что последнее ты помнишь?

И я принялась рассказывать.