Мой самый близкий враг

— А ты так жаждешь, чтобы все здесь узнали, кем был

твой

отец, какую фамилию носит

твой

брат и насколько уникальна

твоя

родовая магия, которую ты умело прячешь за амулетами? Поверь, тебе не понравится, если эта информация дойдёт до тех, кому я семь лет назад не дал тебя забрать.

Я опешила. Сначала от его прикосновения, потом от его ядовитого шёпота. И далеко не сразу осознала весь масштаб катастрофы.

Знает?! Но откуда?!

— Молчи обо мне, Дайриса… Фостер, — сказал Лир, отпустив меня. — И я буду молчать о тебе.

Пока он уходил, я провожала его полным сомнений взглядом. Этому гаду хватило всего пары фраз, чтобы пошатнуть мою уверенность в себе, собственной безопасности и своём будущем.

Козыри? У меня? Нет, это у него козыри. Я своей правдой могу обеспечить ему только исключение из универа и проблемы с полицией. Он же своей — легко превратит мою жизнь в сущий кошмар.

ГЛАВА 3

Судьбоносный договор

Первые две недели учёбы пролетели для меня, как один день. Я быстро влилась в привычный график, умудряясь успевать всё: и учиться, и выполнять обязанности старосты факультета, и за младшими курсами присматривать, и пришлым боевикам помогать.

Кстати, они оказались вежливыми, тактичными ребятами. По пустякам меня не тревожили, глупостей не спрашивали, паломничество в мою комнату не устраивали. Собирали вопросы за день, а вечером ко мне приходил кто-то один и просто записывал мои ответы на видео своего фонапа.

В основном их интересовали особенности устройства жизни в нашем универе, негласные правила, традиции, обычаи.

Где лучше заказать форму, можно ли готовить в спальнях, как получить дополнительную комнату для тех, кто не может жить вместе. И так далее и тому подобное. Нет, они бы и сами могли со всем этим справиться, но с моими советами у них получалось проще и с первого раза.

Ещё я не сразу заметила, что ко мне так и не пришёл никто с шестого курса. Не знаю, была ли причина такого бойкота в Лирдене или парни просто решили справляться сами.

Но я всё равно решила, что виноват именно мой давний недруг.

Сам Лир делал вид, что меня не знает. Нет, даже не так — что я пустое место. Он смотрел сквозь меня, будто я была совершенно прозрачной. А вместе с ним — и все парни из его группы. Даже здоровяк Хуч, который пытался напоить меня в клубе, проходил мимо с таким лицом, словно никогда раньше со мной не сталкивался.

С одной стороны, такое положение вещей меня вполне устраивало, но с другой — дико бесило.