Эгоист

Сообщать герцогам очевидную вещь — глупость, они уже готовятся к волне; двигаться дальше, ещё больший абсурд, потому как, они находятся в безопасности, следовательно, ничего не остаётся кроме как переждать угрозу здесь и как только станет безопасно, выдвинутся в дорогу. Таков был план, но увы, его ждал крах.

Первое несчастье случилось когда разверзлись небеса; болотный цвет приобрел оттенки алого, послышался гул — явный признак начала волны. Второе несчастье стало огромной тушью, упавшей с неба; он — этот полудохлый монстр, сумел разрушить несколько зданий и снести часть постоялого двора; о жертвах умолчим, ибо их было очень много.

Третьим несчастьем стали враги, появляющиеся из порталов; им не было конца. Это гигантское количество падало, летало, бежало, ползло и каждый желал вкусить плоти, отведывать крови и погубить ещё одну жизнь. Четвертым несчастьем стало понимание: команде героя щита больше нельзя сидеть сложа руки, ибо постоялый двор разрушен, люди умирают, а они, имеющие возможность помочь, ничего не делают. Непозволительно!

Наофуми вооружился щитом, Рафталия обнажила меч, Фиро перевоплотилась в птицу. Все горело, все кричали, где-то звали на помощь, кто-то мучился в агонии. Всем и каждому помочь было непосильной задачей, а потому троица двигалась цепочкой: впереди хозяин, следом его верный меч, а позади него филориал. Они поставили себе задачу помочь, как можно большему числу жителей и делали всё, что в их силах, дабы защитить простой люд. Местные стражи не справлялись, герцогиня пала смертью храбрых, её возлюбленный объявил сбор в церкви.

Туда и было решено направиться. По пути команда героя щита наткнулась на малютку, ещё совсем кроху, закутанную в пелёнках.

Они подняли её с земли, стали продвигаться дальше и в одночасье услышали крики из горящего здания; его объяло пламя, балки, половицы осыпались, изнутри доносился истошный вопль.

— Заберите ребёнка и ждите в церкви! — крикнул Наофуми.

— Хозяин!

— Давайте! Ну! Рафталия бери её, бери скорее, вот так да, я скоро вернусь, я найду вас через несколько минут.

В этот момент сердце Рафталии защемило, она будто бы знала чем закончится этот героический жест, но не смогла ничего сделать, лишь обречённо, прижимая малютку повиновалась приказу. Тем временем её хозяин облил себя водой из бочонка и ринулся через врата ада — пылающий дверной проём, следом поднялся по лестнице и что есть силы, держа щит будто бы тот был тараном, врезался в запертую дверь.