Академия Астор-Холт

— Хочешь сказать… — вкрадчиво и очень тихо начала Тили, — что тебя умудрился вывести из себя тот брюнет, что сейчас подходит к кафедре? Трил, отвечай!

— Да, именно он. И чего в нём такого пугающего? Индюк он самодовольный! — прошипела я в ответ. — И мне плевать, что при его виде на всех почему-то нападает приступ экстренной бледности. Ты его знаешь?

— Лично мы не представлены. Надеюсь, ты ему ничего не наговорила? — она оборвала себя на половине фразы, ещё сильнее побледнев.

— Нет.

Выслушав мою тираду, Тилия издала то ли громкий вздох, то ли стон, а потом тихо ответила:

— Трил, это Дерилан Аркелир.

— И что? Мне это имя вообще не о чём не говорит.

Но измученная за время сессии память тонко намекала, что знает, кто это. Точно знает. И тут я вспомнила...

Это неожиданное открытие заставило меня побледнеть едва ли ни сильнее всех в этом зале, потому что я умудрилась нарваться не на кого-то там, а на младшего принца империи, которого по праву считали самым жестоким и безжалостным человеком во всей стране.

Я вновь повернулась в сторону кафедры и снова напоролась на холодный взгляд голубых глаз, тех самых, что совсем недавно казались мне самыми прекрасными в мире. Теперь же в них царили вечные льды и сквозила явная угроза. А улыбка на идеальном лице принца так и говорила, что мы ещё встретимся, и я обязательно заплачу ему за своё неуважительное поведение.

— Приветствую вас, студенты Астор-Холт, — начал он, а у меня от этого голоса по спине побежали мурашки. — До сегодняшнего дня я опрометчиво полагал, что в нашей империи меня знают все представители аристократии, и не считал нужным представляться перед выступлением в академии. Но, как оказалось, даже здесь, несмотря на жёсткий отбор и строгие условия приёма есть те, кто не имеет ни титулов, ни соответствующего воспитания.

Он говорил, а я всеми силами боролась с безумным желанием куда-нибудь спрятаться. Взгляд предпочла упереть в пол, потому что прекрасно знала: стоит мне его поднять, и он тут же встретится с надменными глазами этого… принца.

Зал молчал. Не было слышно ни единого шороха. Все замерли, будто их ожидало не официальное приглашение на бал, а как минимум приговор о смертной казни.