Академия Астор-Холт

— Я предупреждала тебя, — отозвалась, спешно натягивая свои широкие брюки и тунику. — Ты не послушал. А теперь, прости, но я не могу тебя отпустить. Это было бы слишком глупо.

— Тр-р-рил! — зарычал он, и в его голосе слышалось столько откровенной угрозы, что я поморщилась.

— Прощайте, лорд Гральян, надеюсь, больше мы с вами не встретимся, — бросила я напоследок и рванула к тропинке.

— Ты что, оставишь меня здесь?! Немедленно остановись, паршивка! — грозно орал Джером мне вслед. Но я и не думала повиноваться.

Наверно, это был первый мой по-настоящему стоящий поступок в жизни. Первый своеобразный подвиг, и он стоил мне слишком многих сил. Но в тот самый момент я решила, что не стану отступать. Больше не стану!

Вопли Джера ещё долго доносились до моего слуха, но я уже решила, что не вернусь. А так как в ближайшие несколько часов на пруду точно никто не появится, придётся моему «господину» пока посидеть в водичке. Ведь сам он освободиться точно не сможет. Джер умел управлять исключительно воздухом, пусть и на довольно высоком уровне.

Но даже с его способностями моё плетение ему не сорвать. И придётся нашему дорогому господину сидеть там, пока оно само ни распадётся. А случится это не раньше чем через шесть часов. А может, и позже.

Но после того как он всё же вырвется из водного плена, мне лучше оказаться как можно дальше от дома графини. А значит, настал момент покинуть это место. Другого выхода теперь нет.

Расстояние до особняка я преодолела бегом и так же стремительно вломилась на кухню.

За время жизни в доме графини Гральян эта комната стала для меня каким-то олицетворением домашнего уюта. Может, всё дело в том, что тут всегда было приятно находиться, а здешние вкусности не раз спасали меня от окончательного погружения в унынье. А может, причина в Марси, которая была единственным человеком в этом гигантском имении, кто относился ко мне с теплотой.

Я любила её, как тётю или старшую сестру. Но… мне всегда казалось, что она начала общаться со мной исключительно из жалости, потому что, в отличие от других, понимала, насколько мне здесь одиноко.

Все же остальные — и господа, и прислуга — видели во мне только врага.

Странно, но много лет для меня было совсем непонятно, что же я им всем сделала, и ответ на этот вопрос пришёл совершенно неожиданно. Наверно, если бы не вредность Джера, я бы ещё долго терялась в догадках. Но он, сам того не зная, открыл мне глаза на причину большинства моих проблем.