Академия «Ангелы дорог». Книга первая

Но сейчас… Слова Триши доказывали, что впервые она захотела свободы и независимости. И впервые кто-то понравился ей по-настоящему.

Астильба испуганно прикрыла ладонями уши. В комнате разбилась ваза.

– Что ты делаешь? Это единственный подарок Этьена! – взволнованно выкрикнула Триша.

– Я уничтожу вас обоих, так и знай. Ты никуда от меня не денешься! – Рейнольд вдруг схватил жену за волосы и сильно ударил головой о журнальный столик. – Сейчас ты научишься меня уважать!

Отец Астильбы точно озверел. Дернул мать за вырез облегающего платья.

Нежная шелковая ткань лопнула по шву. Не дав отойти от шока, Рейнольд сильно толкнул жену к стене так, что хрустнули позвонки. Зажав ей рот, другой рукой он рванул на себя подол платья.

И тут закричала Астильба. Она не могла остановиться, пока не сбежалась толпа. Несмотря на то, что играла громкая музыка, её крик услышали. Рейнольду не оставалось ничего другого, как отпустить жену, и выйти к гостям, чтобы заставить их забыть о скандале.

Триша взглядом загнанного зверя смотрела ему вслед.

Потом равнодушно посмотрела в сторону дочери. И медленно, прихрамывая, скрылась в комнате для гостей. Эсти отчетливо слышала, как щёлкнула дверная ручка. В отчаянии она бросилась следом за матерью и принялась стучать в дверь:

– Мам, всё в порядке? Впусти, пожалуйста! Мне страшно одной! Отец так зол… Мам, там ваза разбилась… Ты не ранена? Принести аптечку?

Красноречивое молчание за дверью продолжалось целую вечность. Или так только казалось испуганному ребёнку.

– Принеси мне синее платье из спальни. То новое, с широкой юбкой. Ты ещё сказала, что хочешь себе такое же.

Астильба бросилась выполнять поручение. Вернувшись с платьем, она обнаружила, что комната для гостей не заперта. Мать сидела в кресле, медленно потягивая мартини из хрустального фужера. С уголка губ стекала кровь. Она казалась ужасно подавленной. Эсти не знала, чем успокоить её. Просто положила платье на подлокотник кресла и села на ковер у её ног.

– Почему сама не переоделась? Бегать у бассейна в купальнике нормально.

А вот дома могла бы и платье натянуть. Или шорты.

Эсти ничего не ответила. Просто испуганным котенком прижалась к её ногам. Она не понимала, из-за чего поругались родители. Но чувствовала, что отец сделал Трише больно. И теперь в их семье уже не будет как раньше. Сегодня что-то навсегда сломалось.

Тем временем Триша вздохнула и неохотно, но, всё же ласково погладила дочь по светлым волосам.