Проклятая служанка

И что теперь с ним делать? Выбросить?

Я бы наверное так и сделала, если бы не вспомнила слова Её Высочества.

«Император бог дворца, поэтому ко всему, что с ним связанно следует относится с почтением».

Выбросил бы кто-нибудь послание божества? Я поймала взгляд двух служанок, подметавших двор. Не на глазах у всех. Поэтому я вернулась в комнаты и спрятала приказ в сундук, стоявший в кладовке.

Больше поручений не было. А значит время найти Юйлуня и выбить из него признание, куда он дел яйцо феникса.

Выйдя из дворца, я обошла его.

Позади раскинулся небольшой сад с прудом, в который и падала вода из дворца. Пруд в свою очередь превращался в тонкий ручей и исчезал в траве. Персиковые деревья ещё не зацвели. На тонких ветках лишь начинали набухать почки. Я решила, что в задней части сада должен быть какой-нибудь выход. Не знаю, откуда взялась эта мысль. Я шла по саду вдыхая свежий аромат. Травы цеплялись за край платья. Впереди показалась серая стена, но в ней не было даже щели.

Я принялась обдумывать, что делать дальше.

После сегодняшних приключений с водой, мне очень не хотелось, чтобы все видели, как я выхожу через главные ворота, но и летать я пока не научилась. Тут моё внимание привлекло персиковое дерево, росшее в шаге от стены. Высокое с мощным стволом и крепкими ветками, оно доставала до верхнего края стены.

Я проверила, не подглядывает ли кто, и принялась карабкаться. Толстая кора царапала пальцы, а одежда цеплялась за сучья. Добравшись до нужной ветки, я сделала два шага и услышала хруст.

Я сглотнула. До стены было ещё шага три, а до земли падать долго. Я сделала шаг. Ветка застонала. Падать не хотелось. Я прыгнула и изо всех сил вцепилась в чёрную черепицу ската. Теперь я понимала, как чувствовала себя принцесса, болтаясь на верёвке. Даже стена, об которую я шаркала ногами, была слишком гладкой, чтобы дать опору. До моего слуха донеслись шаги. Ещё не хватало, чтобы меня застали висящей, как сушёную рыбу на верёвке. Я подтянулась. Стена была достаточно широкой, но с острым конусом черепиц, так что вершина больно упиралась в живот. Ни лечь, ни встать. Вдоль стены шёл солдат. Я проводила его взглядом и как-только свернул за угол поползла в перёд. Коленки ныли от соприкосновения с жёсткой черепицей. По лицу тёк пот. Нужно было спуститься в незаметном месте, но снаружи всё время сновали слуги или солдаты, а возвращаться во дворец так ничего и, не узнав, я не собиралась.

Стена всё тянулась и тянулась, изгибаясь как змея.