(Не)счастье стать невестой Дракулы

– Ты успела купить все, что хотела? – спросил вампир спустя некоторое время.

Девушка подняла на него глаза. А ведь точно, у нее же столько покупок. «Интересно, где они?»

– Вроде да.

– Довольно интересный выбор хобби. Почему вдруг лук? – вытирая руки салфетками, он отложил их в угол стола и, взяв бокал с холодным кофе, откинулся на спинку стула.

Под его внимательным взглядом девушка немного стушевалась и слегка покраснела. Влад следил глазами за каждым ее движением, улавливая любую малейшую эмоцию, как чуть сбившееся дыхание или движение кисти, отбрасывающей за спину локон волос.

– Не знаю. Мне с детства казалось это очень романтичным и красивым, – призналась Валерия.

– Что еще тебе нравится?

– Многое. Артур сказал, что у вас здесь есть конюшни. Можно будет посмотреть?

– Конечно. Если хочешь, я подберу тебе лошадь, чтобы ты могла кататься.

Валерия улыбнулась перспективе научиться верховой езде.

– Было бы здорово попробовать.

Взяв стакан с компотом, Лера сделала несколько глотков, собираясь с духом.

– Влад, можно спросить?

– Конечно. Что тебя интересует?

– Когда мы были в лесу, там, за барьером, то оборотни показались мне разумными. Почему нельзя их обучить, как, например, африканские племена?

Девушка бросила на жениха смущенный взгляд, надеясь, что не сморозила какую-то глупость, но он воспринял ее вопрос серьезно. Поставив чашку на стол, мужчина облокотился на него локтями, сцепив пальцы.

– Были попытки. Непрестанно ведутся миссионерские работы в барьерах. И здесь, и в других странах. Как я уже говорил, оборотни – самое малое зло, которое сдерживают барьеры. Но мы долгое время надеялись, а есть оптимисты, что продолжают надеяться и сейчас, что однажды нам удастся добиться для оборотней социальной адаптации. С ними беспрестанно ведется работа внутри барьера. Так же мы пробовали забирать из барьера взрослых, подростков и совсем маленьких детей, надеясь, что они смогут прижиться.

– И что? Неужели они не хотят вести себя хорошо, чтобы жить на свободе?

– Тут дело не в желании. Хотеть-то они хотят. Но в какой-то момент, неважно что стало причиной провокации, – происходит срыв и массовые убийства. Сначала мы работали только со взрослыми и подростками, поэтому списывали эти внезапные буйства на заложенные с детства моральные устои стаи. Потом мы попробовали взять новорожденных.