Самый добрый волк

Всё сделаю, чтобы остаться в ней!

*****

Ириней с утра скушал пять котлет, еле дошёл до садика. Делал грустные глазки. Я как без работы посидела с ним, так он и обрадовался, что в садик ходить не надо, мама целый день занимается им.

Скучает он без меня. И я тоже.

Эта дурацкая идея, что можно взять его на работу, покоя не давала. Но понимала, что это слишком. Слишком тяжело принять, что ещё и за ребёнком будет присмотр. И тайно мечтала, чтобы сегодня меня оставили подольше, и сынок побывал у меня на работе, рядом со мной.

Сынок замер у детских кабинок. Мимо проходили ребята, и ждали малыши, когда их негласный лидер Ириней пойдёт в группу. Да, вот такой у меня мальчик. Нравился всем, и дети тянулись к нему, даже старшенькие.

— Мама, а папа когда плиедет? — неожиданный вопрос выбил меня из колеи.

Я присела перед своим ребёнком и подкусила губу, не решаясь ему что-либо сказать. Заправила Ирику футболку в шорты.

— Знаешь, — я увела взгляд, мимолётом поздоровалась с одной из мамочек, которая привела девочку в группу.

Малышка, проходя мимо нас, поцеловала Иринея в щёку. Я печально улыбнулась. — Папа обещал вернуться через пять лет. Через неделю будет ровно пять лет. Если он не вернётся, значит… Мы живём дальше.

Глаза Иринея потемнели и стали совершенно чёрными.

— Он плиедет, — заявил мальчик и направился к своим друзьям.

Ух, тяжело. Я и сама Дрёму ждала.

На улице был морозец, я накинула капюшон на голову и вышла со двора детского сада. Замерла, увидев знакомую машину.

Михаил опустил стекло.

Улыбался.

— Опоздаешь, если на автобусе, — сказал он мне.

— Это навязчиво, — обняла себя руками, потому что пальто не было рассчитано на мороз.

— Нормально. Садись, — он отвернулся и стал ждать.

Постояв ещё немного, я решила поехать на машине со всеми удобствами. Особенно меня тянуло к горячему кондиционеру.

Я не хотела Михаилу Васильевичу показывать садик и своего Иринея. Но службы в крупных компаниях хорошо работают, поэтому не спрячешь свой адрес и дошкольное учреждение своего ребёнка.

Неприятно.

У меня было очень странное чувство, что я попала в поток и меня несёт. И сопротивляться бесполезно. Уже не властна над своими решениями.

Вот если бы я не села в его машину, точно бы опоздала в давке метро или на автобусе. То есть я покорно плыла по течению, а оно, беспощадное, ломало стереотипы и привычные устои.

Михаил этим утром был хмур и неразговорчив, что меня вполне устраивало. Я настраивалась на хорошую работу.