Протеже советника. Подчинить тени

Неприятно, но впервые я отнеслась к этому с

любопытством…

Позже тем же

вечером

Поговорить

с дядей насчет приглашения на девичник я решила после ужина и втайне от Лаиссы.

Покончив с

трапезой, лорд Хортес, по обыкновению, запирался у себя в кабинете и работал

или читал перед сном. Момент был идеальным, так как настроение в это время у

него обычно было благостное, а Лаисса как раз уходила готовиться ко сну и

посвящала время процедурам, призванными сохранить ее красоту и молодость.

А значит, она мне не помешает.

Я выждала

полчаса, чтобы Змея намазалась притираниями и масками и гарантированно не

казала из своих покоев носа, но уже на подходе к кабинету дяди поняла — он не

один. Из-за двери до меня отчетливо доносился возбужденный голос Лаиссы. Громко

прозвучало имя лорда Иртона, и я не выдержала, приникла к замочной скважине и

затаила дыхание. Подслушивать нехорошо, но и выдавать меня против воли замуж —

тоже!

— Лео Иртон

станет достойным мужем для Тилирио, стоит его уважить.

супруги поужинают вдвоем в приличном месте нет ничего предосудительного!

Простое свидание и только, Раш!

Похоже,

дядюшке тоже не понравилось приглашение Иртона, но Лаисса уговаривает его

отпустить меня с этим извращенцем! Вот же гадина! Я была возмущена до

глубины души.

— Они просто

побеседуют и познакомятся поближе без свидетелей. Согласись, на семейном ужине

это попросту невозможно! Тогда и Тилье будет легче смириться с этим браком, —

убедительно шипела Змеюка.

Умело давит!

Резонные доводы приводит.

— Не знаю, —

сомневался дядя. — Моя племянница желает окончить академию и стать

врачевателем, а не заводить семью. Не вижу причин отказывать ей в этом.

Я готова была

расцеловать дядюшку. Оказывается, у него осталось свое мнение, и Лаисса еще не

полностью загнала его под каблук. А дядя Раш продолжал:

— А насчет

просьбы Иртона… моя сестра не одобрила бы подобного решения. Я обещал

заботиться о ее дочери.

Мамочка,

почему ты оставила меня так рано? Я так в тебе нуждаюсь! Слезы против воли

затуманили взор, и я крепко зажмурилась, позволив им выкатиться.

— Раш! Разве

ты забыл, что за нравы царят в академиях? Это же сплошь вечеринки, соблазны и

свободная любовь. Молодёжь отрывается по полной, а кому потом расхлебывать

последствия? Родителям и опекунам, конечно же!

От

негодования у меня дыхание перехватило, и слезы высохли.