Мой темный-претемный властелин

— Проклятый король Дэма?! Он же чудовище! Живой мертвец! Говорят, в нем течет кровь демонов Черты, и лишь она не дает ему сгинуть. Он ужасен на вид и только на один месяц в году может покидать пределы Темных Земель.

— Ага, — согласилась со мной Анаретт, и добавила замогильным голосом: — И уже ооочень скоро он будет здесь со своей свитой.

Сестренка скопировала мое перепуганное выражение лица и довольно ухмыльнулась, а затем помрачнела.

— В обмен на свою никчемную жизнь, наш глубокоуважаемый папочка пообещал ему в жены родную дочь.

Правда, не уточнил, какую именно. Так что Властитель Темных Земель даже не подозревает, что у Бенердика Первого их целых две. А чтобы защитить кровиночку от посягательств на родовую магию, папочка поставил условие, что обряд соединения можно совершить только после наступления магического совершеннолетия. То есть не раньше, чем в двадцать один год.

— Он хотел меня защитить… — повторила я вслух и осеклась, понимая, что едва не выдала себя.

Ага, от принудительной передачи дара он хотел меня защитить.

От вероятной гибели, но не туда смотрел. Охотники на мою магию и здесь рядом нашлись.

Я молчала, припоминая все, что знала о нашем отце — короле Миртена. Он погиб одиннадцать лет назад при очень странных обстоятельствах. Возвращаясь домой после дружественного визита в соседнюю Каретанию, прислал гонцов, чтобы готовились встречать, но на подъезде к столице пропал. На родной земле в светлом, казалось бы, лесу, окруженный верными людьми. Танелия со свитой его встретили, но карета оказалась пуста, а труп обнаружили через три дня прямо там же на дороге.

Его закололи самым обычным кинжалом, и никакие артефакты не сумели отвести удар, но все же пошли слухи, что его погубила тварь из-за Черты.

— Не хочу в Дэм! — прошептала я, в ужасе глядя на сестрицу. — Не хочу в Темные Земли!

— Ты поклялась, Ренни. Я обещала, что помогу тебе сбежать? Я выполню свое обещание. А ты — выполнишь свое.

По ногам пробежал холодок, мне даже показалось, что на миг в комнате стало темней, или это игра воображения? Но сестрица тоже это заметила и поежилась.

Нервно оглядевшись по сторонам, она посмотрела уничижительным взглядом и, ни слова больше не говоря, покинула покои, оставив меня в полном смятении чувств.

Тревога острыми клыками вгрызлась в нутро, как вгрызаются в живую плоть крысы, подгоняемые пламенем факела. Усилием воли я, заставив себя успокоиться, присела на край кровати до боли стиснув пальцами виски. Надо крепко подумать.