Мой темный-претемный властелин. Книга 2

— Я здесь бессильна, — она расстроенно развела руками.

— Арандиль? — позвал я, не глядя на друга.

Внутри с каждым мигом зрело, набухало напряжение. Я физически ощущал, как та, что стала мне так дорога, угасает на глазах, сжигаемая собственной магией.

— Арандиль? — позвал я.

Друг бросил на меня короткий взгляд и подошел ближе, сменив целительницу. Пробормотал-пропел что-то благозвучное, но неразборчивое на ильвийском. Приложив ко лбу Ренни ладонь, повернулся ко мне. Долгий и многозначительный взгляд рассказал мне о том, что он видит намного больше, чем мы.

Магия ильвов тоньше магии темного пламени. Это как сравнивать меч и стилус летописца. Только в первом случае каллиграфия получится не та, а вторым, в принципе тоже можно убить, но попотеть придется.

— Дел, я, конечно, попробую… — с тяжелым вздохом решился он.

Мелодичная вязь словесного заклинания подняла волоски на коже. Сложный, исполненный изящества пасс рукой, и промеж дерзко торчащих в стороны грудок Ренни нарисовался завиток. Один за одним завитки складывались в рисунок, оплетая всю грудную клетку красивой татуировкой — дерево с резной раскинувшейся кроной.

Его ствол и корни расчертили плоский животик до самого лобка, скрывавшегося под покрывалом. Линии тончайшего узора завораживающе мерцали зеленью и золотом.

От напряжения Арандиль побледнел точно мертвец, а вот кончики острых ушей, напротив, покраснели. Сил ильв не жалел, старался точно для кровной родственницы. Как будто спасал родную сестру или невесту...

Закончив, он пошатнулся, и Берта тут же оказалась рядом, поддержав его за плечи раньше, чем успел кто-то еще.

Арандиль послал ей взгляд, исполненный благодарности. Кажется, в отношениях этих двоих что-то поменялось после этой ночи?

— Все, — выдохнул ильв. — Это сильнейшая из привязок дома Золотого Листа. Почти такая же, как у меня самого, — выдохнул он. — Но магия Ирении, несмотря на сильную схожесть с нашей, почему-то отвергает связь. Любую. Словно ее что-то блокирует. Остался только ты, Дел.

Может все-таки попробуешь? Вдруг ты ошибся, и Темный Огонь ей не навредит?

Сомнения рвали меня на части, как твари Хаоса.

— Нет. Я создан разрушать, а не созидать. Будет только хуже. Это ведь из-за меня все началось.

Не знаю, кого я старался убедить, их или себя самого, но Иара вдруг согласно кивнула. А если целительница считает также, кто я такой, чтобы сомневаться? 

— Что ж, — вздохнул я. — Остался только один вариант — обратиться к самому мудрому.