Призыв - дело серьезное. Огонь моих крыльев

Брр!

Ведун вдруг посмотрел на меня серьезно:

— Слушай, Дарро, а как так вышло, что тебя перед выпускными экзаменами по обмену приняли? Ты же в итоге и не учился вовсе? И откуда у тебя взялись документы, ты же светлый? — он осекся на полуслове, и его лицо приняло настороженное выражение.

— Очень правильный вопрос, Даманн, — ответил я с кривой усмешкой. — Вот и мне тоже интересно, с кем меня спутала ваша мистресс ректор.

Вкратце я рассказал Рыжему о том, как радушно меня принимает местное руководство. Умолчал только о том, что мне было поручено войти в близкий контакт с Ирис.

— Дарро, здесь плохо пахнет! — Жак заметался по комнате. — Стерва мне с первого дня не понравилась, как появилась в нашей академии. Это же… Это же чистой воды какой-то заговор. Прежний ректор был старым добряком, витавшим в облаках, жизнерадостным, хоть и со странностями. Постоянно повторял, что умрет прямо в ректорском кресле, но неожиданно ушел на пенсию и тихо угас в собственной постели в течение нескольких дней. А эта… Одним словом — стерва.

Это же… Это же чистой воды какой-то заговор.

— Да уж, странная она женщина.

— Не то слово! Предпочитает демонические сущности. Чего только один ее фамильяр стоит! Вот скажи, зачем бабе живой фаррех? Их призывают для боя, но с кем она бьется?

— Та зверюга и мистресс ректор отлично смотрятся вместе, — ухмыльнулся я.

— А еще она не гнушается вызывать к себе адептов и… — Рыжий осекся, поняв, что несколько отклонился от темы. — В общем, мне кажется, Войси-Лауди точно в чем-то замешана.

— Угу, в чем-то с очень плохим запахом, — согласился с ним я.

— Ты же не думаешь, что все это имеет какое-то отношение к проверке во дворце?

И тут мозаика сложилось.

«Прошлой ночью ваши конкуренты пытались выполнить задание, но проиграли», — вспомнил я сказанное Войси-Лауди.

Что такого случилось прошлой ночью?

А случилась Ирис, которая плакала от боли и звала на помощь.

Императорская метка со страшной силой тянула светлую энергию из установленной мной на комнату защиты, причиняя боль моей дайири.

Я поспешил вынести Ирис из комнаты, но и это не помогло. Проклятые песочные часы на ее запястье тут же перестроились и принялись тянуть темную энергию, преобразовывая ее в светлую. Пришлось взять роль преобразователя на себя, только так удалось облегчить страдания.

В тот самый миг, когда я прикоснулся к метке, почувствовал отголоски сражения. Это походило на неясные картинки, промелькнувшие в чужом сознании за мгновение до того, как оно заблокировалось.