Эликсир

Хотел было выпрямить спину, Джон удержал его в согнутом положении и хохотал.

Ежегодно Мекель проводит конкурс среди выпускников. Мы набираем талантливую молодежь, которая на ровне со своей основной работой могут продолжать обучение либо вести параллельный проект, не мешающий графику дедлайнов. Лишение их возможности развиваться снижает эффективность работы.

— Ваши две минуты закончились, — произнес Эл. Двое мгновенно выпрямились.

— Извините, простите, — заговорил Джон, пытаясь успокоиться. — Мы уже отправили отчет Элу.

Мы написали очень подробный и развернутый отчет.

Природа давно перестала нас кормить. Мы исчерпали многие запасы. В начале 22 века начались тяжелые времена. Этот период в истории называется Великим Голоданием. Тогда ученый Томас Миллер создал первую еду из искусственного белка. Он соединил дрожжи с плесенью и вырастил синтетическую еду в лаборатории. В то время, эта еда была невыносимой на вкус и гадкой на вид. Но с помощью нее можно было насытиться.

Люди получали белок. Человечество выжило.

Впоследствии ученые стали улучшать вкус синтетической еды. Спустя целое столетие могу сказать с уверенностью, что мы едим необычайно вкусную пищу. Наша еда на семьдесят шесть процентов приближена к питанию предков, что радует.

Без вкуса еды человечество звереет. Современники Томаса Миллера по многочисленным источникам и историческим блокам считаются по сей день самым озлобленным поколением. Если не будут удовлетворены вкусовые желания, постепенно мозг отдает сигнал, некоторые участки поражаются и в худшем случае атрофируются.

После таких поражений мозга 22 век пережил несколько десятилетий борьбы со злостью и агрессией. И все было бы бесповоротным, если бы не кропотливый труд ученых над созданием синтетического вкуса.

— Чудище растет, — правой рукой указал Джон на дрожжи в кувезе, продолжая смотреть на меня.

Чудищами мы шутя называем дрожжи в фазе их роста. На начальных стадиях они бесформенные и страшные.

— Есть изменения или недостатки? — спросил я.

Роб продолжал пялится на меня.

Я снял шлем. Набиравший воздуха в легкие чтобы заговорить Джон застыл, уставившись на меня. Выражение его лица менялось как в замедленной съемке.

— Джон? — глядел я на него.

— Неужели? — вскрикнул он взволнованно-дрожащим и радостным голосом. Другие ученые, подошедшие к столу, вздрогнули от неожиданности и хихикали, стоя за его спиной. — Шеф, ты выпил эликсир?

Я кивнул и молчал, не мог ничего сказать, сам еще не понял каково это быть бессмертным.