Эликсир

Терцийцы объединились, чтобы спасти не только народ, но и сохранить свои земли. Мы не отдадим наш дом никому.

Доктор Уинни с коллегами принесли несколько ящиков шипучего напитка. Шампанское вино давно уже перестали выпускать. Мы не смогли восстановить его вкус из плесени и воссоздать синтетический вид. Но сейчас любой напиток для нас торжественен.

— Не напивайтесь, ребята, — предупреждал Мэтт. — Пьем только по глоточку. Нам нужно быть в строю.

— Поддерживаю, — согласился я.

Мы переглянулись, и я одарил друга широкой улыбкой.

Что бы ни происходило, меня радует, рядом все, кто дорог моему сердцу.

Сестренки прижались ко мне. Мы подняли крошечные стаканы с содержанием лже-шампанского.

— Давайте выпьем за то, чтобы сегодня выпустить еще одну партию «Волшебной пятерки», — поднял стакан профессор Уинни.

Отвратительный вкус напитка вызвал тошнотворный рефлекс, положил стакан на стол и пошел в диспетчерскую. Сканирование местности продолжалось.

— Покажите выступление президента. — Попросил я стоя за двумя парнями.

Парнишка слева постучал на клавиши и сразу на нескольких мониторах появились новостные каналы соседних стран.

Президента привели в порядок, приодели и причесали. Он выглядел статно. Освещение подчеркивало четкие черты лица президента Райли Нудса. Долгие годы в политике, приобретенные навыки деловой речи, поставленная дикция и убедительная речь сулили успех. Терция все еще в игре.

Глава 30 Долина сломанных камней

Наш мир был моим раем на земле. Сколько себя помнил, рос в благах и достатке.

Так жили люди. Многие люди. Теперь оглядываюсь назад с тоской. Даже если мы сможем изготовить достаточно запасов «Пятерки», умерших уже не вернуть. И с болью на сердце осознаю, что регрессирующих тоже можно причислить к числу умерших. Мы не знаем, насколько глубоки их изменения, да и нужно ли пытаться вернуть их? Нам нужно ставить в приоритет выживших. Это горькая истина, сейчас важно трезво смотреть на происходящее.

Наше общество не сможет быть таким, как прежде.

Три дня, три последних дня перевернули жизни миллионов людей.

Я стараюсь не забивать этим свою голову, но как положено обычному человеку я не умею контролировать поток мыслей. Внутренний голос говорил без остановки. Я уже перестал сопротивляться эмоциональности, которая пытается занять больше пространства в моей голове. Я знал лишь одно: хочу вернуть миру мир.

— Сигнал СОС! — взволновался Айзек.

Я оглянулся, не мог понять на какой монитор смотреть.