Эликсир

— Больше всего я боюсь дряблой, старческой кожи, морщин, дрожания рук и тихого увядания».

В нашем обществе мало тех, кто хочет прожить смертную жизнь, но все же они есть. Мы называем их застрявшими в легендах прошлого, призрачного и совсем другого прошлого. В будущем уже так не будет. Что уж рассуждать о будущем, когда сейчас мы живем абсолютной иной формой жизни?

Мне ль осуждать застрявших в прошлом, сделавшие естественное старение своим выбором?

«Я не хочу стареть. Я не хочу умирать. Хочу жить веками, а не всего лишь семьдесят жалких лет».

Воспоминания вернули меня в начало того злополучного отрезка нашей жизни. Отец был подавлен и омрачен после беседы с врачом.

— В клинике сказали, что это пятый случай за последние пару лет, когда... — Отец сдерживался изо всех сил — ...когда человек заболевает онкологией. Онкология вымерла как диагноз со времен создания эликсира.

— Мама умрет? — дрожащим голосом спросил я, задыхаясь от слез.

— Прости, что не смог уговорить ее выпить зелье бессмертия.

— Нет, папа, нет, умоляю, уговори ее, ведь еще не поздно.

Я все еще чувствую вину, что не смог уговорить маму выпить зелье бессмертия.

С некой тревогой внутри сжал в кулаке стеклянный прямоугольник. Всего пять глотков жидкости по одному кубику, и реакция будет необратимой. Мой организм станет идеальным — ни старения, ни ощущения боли и страха, все органы обретут крепкое здоровье, как у младенца. Идеальное зрение, прекрасный слух и потрясающая работа мозга. Но в одном я буду зависим, целую вечность — выпивать порцию зелья каждое утро.

Нет эликсира — нет жизни.

— К черту! — проговорил я, мотнув головой. Быстро открыл первый пузырь и выпил вязкую слегка светящуюся желтую жижу. Уставился в зеркало в ожидании изменений. Выдохнул и торопливо стал выпивать остальные четыре жидкости разной консистенции. И все они оказались отвратительны на вкус.

Мелкие бутылочки со звоном полетели в мусорное ведро. Я положил руки на края раковины и уставился на Шона в отражении.

Зрачки расширились, словно в замедленной съемке, неописуемая боль пронзила тело. Я упал на пол, судорожно глотая воздух. Горло будто перестало пропускать малейший грамм воздуха, легкие сжались.

«Я умираю!» — эта мысль поразила сознание. Вся моя короткая жизнь как в ускоренном фильме промелькнула перед глазами. Кадры сменялись молниеносно. Легкость пришла внезапно и неожиданно. Я резко подскочил и уставился на себя по ту сторону зазеркалья.