Эликсир

«Боже, какая же она капризная и вредная, — подумал я. — Надо скорее отойти от нее. Хорошо, что мне раньше не приходилось быть лично знакомым с ней».

Глава 18 Пылинка в огромном мире

Мы вошли в тесную комнату. Мужчина в дорогом, но уже далеко не аккуратном костюме сидел на кровати. Он казался изнеможденным от боли. Зак изрядно постарался над его запугиванием, странно было видеть его таким жалким.

Мэтт и Джон остались на пороге. Я все еще осматривал жалкого человека передо мной, не торопливо шагая к нему.

— Здравствуй, Роберт, — наклонился к нему.

Отшатнулся от запаха крови и выпрямился. Он хмуро молчал и делал вид, что пытается проделать дыру в стене презренным взглядом.

— Я не смог присутствовать на эфире, пришел поздороваться.

— Ни ты, нм кто-либо другой не способен противостоять системе, — с насмешкой заговорил он и взглянул на меня. — Думаешь, ты останешься незамеченным? Есть люди посильнее и круче тебя и президента. Мое согласие передать тебе права на запуск завода ничего не изменит. Народ все равно будет уничтожен.

Отныне тяжесть, которую я нес на своих плечах, ляжет на твои плечи, Шон Уолтер. Думаешь, я в игры играл два столетия? Я устал и хочу спокойно умереть. Не пытайтесь сохранить мне жизнь, в жалком существовании не нуждаюсь. Теперь уже поздно что-либо менять.

— Какая драма! — усмехнулся я. — Устал травить человечество наркотиками? Ты не получишь смерти. Легкая смерть — награда для тебя. Думаешь, так легко отделаешься? Нет уж! — стиснул я зубы. — Нет уж, Энго!

Двое ребят закрыли дверь, остались охранять дверь и молчали словно немые.

В моей голове заварилась каша еще с утра, поэтому я не хотел вталкивать туда еще и слова Энго.

— О чем он говорил? — интересовался Джон.

— Понятия не имею. Мне все равно. Я хочу поскорее восстановить производство эликсира.

— Может он знает что-нибудь о заговоре пострашнее заговора геноцида? — выдвинул свою теорию Мэтт. Я удивленно поднял брови. Прогрессивность на лицо, эликсир, однозначно, меняет характер. Мэтт всегда отличался консервативностью, не верящий ни в какие заговоры, твердо убежденный, что в мире многое случается к месту и иногда даже заслуженно, уверенный, что не существует абсолютного зла и тут выдал подобное.

Он будто прочел мои мысли, пожал плечи:

— Нам нужно рассматривать все версии.

— Согласен, — кивнул я. — Энго сказал, что «они» сильные и что он нес на своих плечах какое-то бремя. Не будем это бремя перекладывать на свои плечи, проследим, чтобы он не умер.