Эриол. Великая самозванка

- Я предлагаю следующее, - он поднялся и, следуя своей привычке, подошёл к большому окну, за которым уже было совершенно темно. – Мы отправляемся во дворец вместе. Я, вы, и Рус. Мне возвращаются все утраченные титулы, земли, регалии и привилегии. Но девушка остаётся моей рабыней ещё минимум на месяц, после чего отдам её вам, - на несколько секунд он замолчал, давая магу возможность оценить озвученное предложение. - Я согласен занять должность личного советника королевы. Так ни у кого не возникнет вопросов о том, почему мы так много времени проводим вместе.

- Ты просишь о невозможном, - тихо сказал Мардел. – Как может сын казнённого главы заговорщиков стать советником королевы? Возникнут вопросы. Пересуды. Я и так не имею понятия, как объяснить её столь долгое отсутствие.

- У меня для вас есть подходящая сказка. Скажите, что её похитили неизвестные, долгое время держали взаперти. Память отшибло вследствие удара головой, я слышал, такое иногда случается, - он говорил это таким бесцветным светским тоном, будто цитировал наискучнейшую статью.

– Потом она решилась на побег. И, покинув дом бандитов, оказалась на дороге, где её случайно обнаружил я. Таким образом, воскресшая Эриол у нас становится героиней и мученицей, а я – спасителем королевы, вернувшим её народу.

- Слишком подозрительно, - заметил маг. – Некоторые могут подумать, что заточение королевы – твоих рук дело.

Ему явно не нравилось предложение Кая.

Да была б его воля, он бы попросту увёз девушку с собой. Но, она принадлежит другому. На ней стояла рабская метка, а значит, пока придётся примириться с присутствием этого отпрыска семейства Мадели.

Кстати о метке… сам Мардел её совсем не чувствовал и никак не мог разглядеть никаких следов на ауре девушки. Но Кери не зря считался его самым лучшим учеником. Этот парень был сильнейшим менталистом - настоящей магической драгоценностью. Верховный маг за свои почти два века никогда не сталкивался с людьми, обладающими таким уровнем дара.

Кери видел гораздо больше чем другие люди, и именно поэтому ему удалось заметить столь искусную и мастерски скрытую связь между рабыней и её хозяином.

- Все знают, что меня почти год не было в стране, - пояснил Кай. - И я не обидчик, а спаситель. То есть, этот геройский поступок автоматически сотрёт с моего имени грязь, в которую его втоптали после казни отца.