Песня полуночи

– Может попозже? – ей таки хотелось осмотреть свой кабинет для начала, чтобы приобрести свое личное пространство, все там изучить как следует, и тогда уже можно было идти и знакомиться хоть с самим министром.

– Тебе работать с ними, а им с тобой. Сейчас мы неожиданно на них нагрянем и всех к тебе расположим.

В том, что Белла может воздействовать на чужие эмоции, сомнений не было. Юника хорошо чувствовала попытки пробиться сквозь свою защиту. И это было сильное воздействие. Только вот во власти Беллы было как расположить, так и наоборот – настроить будущих коллег против новой сотрудницы.

Однако, Юнику уже втолкнули вовнутрь кабинета со словами.

– Мальчики, смотрите, кого я к вам привела? – Белла, помимо всего, еще и вся исходила от любопытства. – Ваш новый сенсор!

Раздалось басовитое «ого», «ух ты» и еще пара гулких междометий с присвистом. В нос ударил запах сигарет и… шерсти. И пока сенсор пыталась привыкнуть к накатившей волне из чужих воспоминаний, ее тут же атаковали.

– Девушка, вы уверены, что должны работать именно у нас? – перед Юникой возникло круглое лицо, усеянное веснушками.

– Это куда же? – на всякий случай уточнила, чтобы иметь ввиду на будущее.

– На грядки!

По помещению разнесся дружный мужской хохот. В том числе, Юнике прямо в лицо.

Стоило бы сразу догадаться, что над ней подшучивают, но общий хаос и пробитая защита выбивали из колеи. Кто-то еще совершил попытку пробить брешь в выдержке сенсора, но чья-то рука оттянула рыжемордого наглеца за шкирку.

– Так, парни! – властный и четкий голос Берегова перебил царящий хаос, хохот тут же стих, превратившись во всеобщее внимание. – Это наш новый сотрудник… точнее сотрудница – Юника Легато. Пришла к нам работать сразу после выпуска из Академии, поэтому прошу оказывать ей всяческую поддержку.

– Да не вопрос! – воскликнул тот самый лис, что вздумал шутить. – Мы не только поддержим, но и подержим… на руках, ну или в руках. Это, если захотите.

– Гришка! – Берегову не очень нравилось откровенная фамильярность сотрудника. – Майор побледнел, а левую покалеченную щеку стало подергивать. – Думай, что говоришь, балбес!

– Нет, что вы, все в порядке, – вежливо, но твердо проговорила, наконец-таки пришедшая в себя Юника. – Сообщу даже больше, уважаемый Григорий, у вас больше всех любит шутить над новичками. Сильно затопили вчера соседей, Григорий?

– Что? – рябая физиономия перестала ухмыляться.