Песня полуночи

– Хитрые они и опасные, – обстоятельно заявил Никита, и, заметив, что никто его перебивать не собирается, продолжил. – Выходит, что и готовились они к этому налету не один день… кхм… – пришлось прочистить запершившее от переживаний горло и потереть горящее ухо. – Я, конечно, имею во всем этом мало опыту, только сдается мне, что и действуют они не первый раз. Уж больно матерые. И работают нагло. Это ж надо, оставили взрыв-цветок… у нас в деревне после войны знаете сколько пацанов на этих штуках в полях подорвались? С-су…

– Спасибо, Никита, молодец! – Резцов одобрительно посмотрел на молодого оборотня.

– Хорошие выводы. У кого еще какие соображения по этому делу?

– Да Никита и правда молодец, все сказал верно и не добавишь, – констатировал Тео, от чего у молодого оборотня загорелись глаза, и совсем покраснели щеки: наконец на него посмотрели, как на равного. И кто? Сам Берегов – легенда криминальной полиции.

– Слишком четко заметают следы, гады! – высказался и Сан Саныч. – Зачем было убивать кассирш?

– Свидетели… – развел руками Гришка.

– А зачем было оставлять огненный цветок? Убили же всех, в чем смысл взрыва?

– Может… – Никита немного замялся такая говорливость была ему не свойственна ранее, соответственно и внимания сегодня досталось много. Непривычно. – Нагадить хотели, ну… как кот, если что не по его хотелкам, так он в тапки…

По кабинету разнесся громкий гогот здорового мужского смеха. В двери показалось испуганное лицо Беллы. Глаза девушки только расширились от удивления и со словами: «Ну вы даете!» – секретарша захлопнула дверь с обратной стороны.

– Никита, ты молодец, конечно, – все еще со смехом проговорил Берегов. – Только при Илье больше версии про кота, гадящего в тапки не выдвигай, ладно?

– Так я не со зла же! – лицо молодого сотрудника было похоже на помидор, даже глаза искрились от смущения. – Тем более, Ильюха не кот, а… барс вроде…

– Что кот, что барс, все одно – обидится, – Резцов похлопал по плечу смущенного юношу.

– На сегодня версий достаточно. Жду ваши отчеты и наблюдения по этому делу завтра. Можете идти, а ты Тео останься.

– Не. Спрашивай! – отрезал Берегов, как только за последним сослуживцем закрылась дверь.

– Тогда расскажи сам, – потребовал полковник, доставая из личных запасов коньяк. – Я не дурак, да и ребята, думаю, кое о чем догадываются, если уже не догадались. Поэтому долго играть в грозного разозленного оборотня не получится.