Песня полуночи

Но чего к ней этот цепляется?!

– Это о чем вообще идет речь?

– Раз глаза со лба снимаешь, значит понимаешь, о чем речь! – грубо продолжил Гришка. – Устроила представление на все собрание. Ты бы это контролировала в себе по-хорошему, а не демонстрировала всем, кому не лень, какая ты тут умница-разумница.

Ее снова будто в жар бросило, а потом в холод. Вот же, где-то опять прокололась! Выходит, в кабинете Резцова пошло что-то не так. От переживаний, перехватило дыхание, стало трудно дышать.

– Резцов мужик, конечно, терпеливый, – как ни в чем не бывало, продолжал распекать ее Бесовский.

– Он сам по себе умеет держать себя в руках, но ты бы про Тео подумала, что ли.

Почему он никак не заткнется? Если бы начальство сильно огорчилось, Берегов уже дано бы стоял здесь и распекал ее. Юника подошла к окну и попыталась открыть форточку, но застрявшая щеколда никак не хотела шевелиться. А вдохнуть спертого воздуха больше не получалось.

Да что же такое-то?!

– Берегов тогда с горя чуть не подох, а ты сегодня ему напомнила! Саныча вон подставила, он аж расстроился…

– Я… не хотела, – побелевшими губами едва проговорила Юника.

Но Гришку ничего не могло уже остановить. Похоже, он решил примерить роль старшего и показать ей пресловутое место, которое ей все годы показывали в академии. Там Юнике было проще дать отпор, чем здесь. Видимо, новое место таки придется начать искать.

– Нет, я, конечно, понимаю, что ты умелица на все руки, но постеснялась бы уже при начальстве выеживаться.

Наконец, щеколда поддалась, и освежающая прохлада хлынула во внутрь замкнутого кабинетного пространства. Но вот при всем желании, в легкие воздух так и не протолкнулся.

– Такое со мной редко происходит, говорю же, не хотела! – девушка не выдержала и повысила в панике голос.

– А ты не кричи на меня! – Бесовский поднялся со стула и стал надвигаться на девушку.

Это не нравилось. Сам Гришка был отчего-то неприятен с самой первой встречи. Бесили паническая атака, так нелепо нахлынувшая не вовремя и не к месту, потные руки и запах сигарет, исходивший от Бесовского.

Юника вообще и выражения такого никогда не знала – паническая атака. Но так вышло, что в моменты испуга, на нее накатывала нехватка воздуха, паника и страх. Вроде и боятся нечего, но вот не отпускало это все еще со времен войны. Сейчас она испугалась, конечно же. Не заметить того, что транслировала чужие воспоминания на всю аудиторию – было сильной оплошностью.