Краски в ее глазах

После праздника у нас еще не было нормального мяса.

– Папа, – замолкаю. Мне неловко просить деньги. – Нас учительница по литературе хочет свозить в кинотеатр в Ульяновск на следующей неделе. Вот думаю, ехать с ними или поискать фильм в интернете.

Хорошая мысль посещает меня с опозданием.

– Поезжай в кино. И с ребятами подружишься. И время весело проведешь. Чего дома-то сидеть?

– У меня нет денег.

Папа выключает огонь под кастрюлей. Теперь все его внимание сфокусировано на мне.

– У тебя нет накопленных денег?

Мотаю головой.

Раньше в этом не было никакой нужды.

– Уметь откладывать – очень важно. Когда ты была маленькой, мама рано на работу вышла, а я с тобой дома сидел. Ходил за продуктами, готовил. Часто я тратил меньше, чем мог. То, что оставалось, я откладывал.

Слушаю очень внимательно. Моя душа будто соединилась с душой папы. Вот он делится тем, что важно, по его мнению.

– На эти деньги я покупал тебе орехи, сухофрукты и мед. Мы сами делали твои любимые конфеты. Так вкусное было и полезным.

Ну, а после развода эти деньги помогли мне, пока я не нашел работу. Сколько тебе нужно? Я дам, у меня есть.

Мне хочется плакать. Прочищаю горло и называю ту же сумму, что и маме.

– Хорошо. Сейчас принесу.

Отец уходит. Губы дрожат. У меня самый добрый отец. А я, видимо, в маму злюка, вечно недовольная.

Папа приносит тысячу рублей и кладет их на стол. Он смотрит на мое лицо, но ничего не спрашивает. Благодарю и ухожу из кухни. Уже на лестнице слезы все же текут по щекам.

Я обуза, никому не нужный балласт.

На следующий день уверенно подхожу к подоконнику. Мальчишки возбужденно обсуждают какой-то новый фильм.

– Привет, – добродушно здороваюсь я.

Сегодня еще теплее, чем вчера. Скоро лето, скоро каникулы! Настроение приподнятое.

– Привет, – неуверенно бросают мальчики, поглядывая на девочек.

– Почему вы разделяетесь перед уроками? Почему не стоите все вместе?

Женя – плотный одноклассник с жестким ежиком на голове – поворачивается ко мне.

– Потому что девчонки странные. Мы боимся заразиться.

Мальчишки за его спиной хихикают.

– Я вроде не заразная.

– Да кто тебя знает, – звучит из Жениных уст.

Его глаза отражают внутреннюю доброту. Однако затем он раздраженно смотрит на Алю. Все мальчики забирают сумки и уходят. Как в первый день. Не шевелюсь. В меня только что выстрелили из пушки, и ядро пробило грудину насквозь. Отчаяние сменяется гневом. Разворачиваюсь и подхожу к девочкам.