Северная Академия. Претендентка на гильотину

Поставив подносы на раздаточные столы, мы театрально поклонились Корнелии, которая была весьма довольна результатом своего выступления. Хотя вид у нее был удивленным, видимо, она не ожидала столь удачного преодоления устроенного ею скандала.

Втроем, одновременно подняв крышки с шести тарелок с императорскими десертами, мы услышали вполне ожидаемые ахи восхищения во стороны столичных гостей. В центре каждой представленной всеобщему обозрению тарелки были чудеса кулинарного искусства из шоколада, ягод, взбитых сливок, орешков, карамели, кусочков фруктов, бисквита и желе.

Мой папа был человеком добрейшей души, и, когда брал меня в столицу, обязательно баловал визитами в самые лучшие кондитерские. Мое детское искреннее восхищение вкусными шедеврами так подкупало именитых кулинаров, что они охотно показывали мне свои самые знаменитые работы. Детская память — удивительная вещь, вид этих блюд и даже их вкус я до сих пор помнила досконально, хотя с тех пор прошло немало лет.

Поэтому навести восхитительные иллюзии на подобранные нами ингредиенты мне не составило большого труда. Воздушные замки, экзотические цветы, заморские птички, выполненные из самых дорогих компонентов — вот то, что увидели на наших тарелках капризные студенты. Все это манило взгляды придирчивых гостей.

— Мне вот эту тарелочку! — не смогла удержаться от вида десерта Корнелия и ткнула мизинчиком в направлении чудесной орхидеи с пестрыми розово-белыми лепестками.

Через пятнадцать минут все великосветские студенты были обеспечены тарелками с десертами.

Природная жадность обуяла прибывших гостей, они, забыв о своих манерах, резво работая локтями, хватали тарелки и со злорадным смехом убегали, прижимая к груди отвоеванную награду. Вскоре весь бомонд расселся по местам в центре нашей столовой, а к нам подошёл охранявший их капитан Веймор со своими подчиненными.

— Что Вы, уважаемый капитан, предпочитаете на десерт? — улыбалась я, показывая рукой на стоявшие перед ним изыски.

- Благодарю Вас, прекрасная леди, но я предпочитаю простую крестьянскую пищу, — с подозрением оглядывая своих уплетавших лакомство подопечных, ответил он. — Мне кажется, мой желудок не справится со столь «изысканной» пищей.

— Что ж, прекрасный выбор, капитан! — тихонько рассмеялась я, собирая на поднос оставшиеся тарелки с расползавшимся под иллюзией десертом, чтобы отнести их на кухню подальше от посторонних глаз.