Северная Академия. Претендентка на гильотину

— Мое богатство — это золотая клетка, в которой меня будут держать мачеха и ее похотливый братец. Стоит ли состояние моих родителей насилия, которое обязательно состоится, как только Уинслоу доберётся до меня? И как ясно показал сегодняшний вечер, помощи мне в собственном доме ждать неоткуда. Циара и Уинслоу уже все спланировали и решили! В их плане мне отведена роль молчаливой бесправной марионетки! Не хочу!

Глава 8

Матушка-настоятельница внимательно выслушала меня, а потом долго молчала. Я не торопила ее, перебирая в голове свои нерадостные мысли.

— Я понимаю, для молодой девушки, такой, как ты, это не лучшее предложение, которое она может услышать, но прошу, подумай над моими словами. От всех своих бед ты можешь укрыться в нашей обители. Ни мачеха, ни мерзавец Уинслоу, ни святоша Патрик не дотянуться до тебя. Здесь ты будешь в покое и безопасности, — печально подняв на меня глаза, заботливо проговорила матушка Оливия.

В знак благодарности я взяла руки доброй настоятельницы и поцеловала их.

— Спасибо, матушка за Вашу доброту и заботу! Но я не хочу всю жизнь прятаться за высокими стенами обители. Я хочу выбрать иной путь! — пылко затараторила я.

— И что же ты надумала, девочка? — едва улыбнувшись, спросила моя защитница.

Через три дня я уже покидала обитель матушки Оливии, как сирота, воспитанница сестринской обители с большим магическим дарованием, рекомендательными письмами в Северную Академию, а, самое главное, с новыми документами на имя Айлин Мекер.

Весь груз прошлого в виде дурных воспоминаний о мачехе и ее братце и наследства я оставила матушке-настоятельнице.

Ей оно будет полезнее. Да и сладить с моими неприятными родственниками у нее получится гораздо лучше, чем у меня. Немало средств требуется для воспитания сирот и помощи таким же беззащитным девушкам, как я сама.

Теперь обитель матушки Оливии будет распоряжаться всем моим наследством, домами, резиденциями, приисками и, конечно, огромным денежным состоянием. При подписании документов об отказе от своего наследства в пользу обители я внесла лишь один пункт — сохранить в первозданном виде отцовскую библиотеку и галерею портретов всех моих предков, особенно моих родителей.

На что получила сердечные заверения, что все будет исполнено, и когда придет время, я смогу забрать свои настоящие драгоценности.

Выйдя за ворота обители матушки Оливии, я осознала себя нищей, но свободной сиротой с удивительно-неизвестным и потому прекрасным будущим.