Буран

- Четвертый месяц примерно – выдохнула Полина вместе с облаком белого пара, что на фоне льда и света шашки выглядело колдовским туманом.

Хаюм молчал. И остальные тоже.

- Наверное не стоит больше медлить. Боюсь, что Гаврила может отключиться пока нас нет – обернулась Полина и вновь столкнувшись с сиянием двух полумесяцев, поежилась – Василий, будь добр, помоги достать лабораторию из ящиков… - попросила она.

- Конечно – кивнул тот, и припав на колено отбросил крышки. Принялся вытаскивать содержимое.

- Вы… - она потрясла указательным пальцем в сторону Алинака, пытаясь подобрать слова – Вы можете… Дать больше света? – наконец решилась Полина, сама не веря в то, о чем приходится просить.

- Я только и ждал, когда меня об этом попросят! – ухмыльнулся тот и сев спиной к стене, полыхнул лунным сиянием в потолок гробницы.

Освещение моментально разлилось вокруг, заливая всё тем самым, неповторимым, и жутковатым одновременно колдовством ночи.

- Боже… - тихо ахнула Полина и тряхнула головой, пытаясь прогнать наваждение.

Но оно никуда не исчезло – Благодарю... – коротко кивнула она, с трудом взяв себя в руки – Теперь… Теперь мне нужно взять её кровь на анализ.

- Нет – отозвался Алинак. Он сел поудобнее и от его движения освещение закачалось по гробнице, словно свет от старой лампы на ветру – План другой.

- Что? – слегка нахмурилась Полина.

- Я уже все объяснил твоим друзьям, дочь Алексея – улыбнулся Алинак, сверкнув редкими клыками – Поэтому тебе скажу в двух словах – он указал себе на грудь, в район сердца – Пока моя кровь жива, она дарит жизнь.

Древний показал свои ладони.

На них виднелись дыры-порезы, которые он продавил собственными ногтями.

Василий невольно вспомнил ритуал, что Алинак проводил над телами пропавших экспедиций, и внутри у него похолодело.

- Когда моя кровь умирает, она обращается в яд – продолжил древний, вставая с места – Я не знал этого, сидя там, на Луне, среди танцующих душ – он указал пальцем в потолок – Среди тех, кому уже безразличны страхи и болезни.

Только счастье, без боли и лишений, вот и все, что я видел прежде.

Хаюм вздохнул, нарушив повисшую тишину и тяжело опершись на копье, свесил голову.

Василий задумчиво поглядел в пол, на миг прекратив греметь железками и колбами.

- Поэтому, из всего, что вы принесли, нам понадобится только емкость из стекла – Алинак указал на ящики – Мы сделаем, как я скажу…

Продолжая глядеть на Полину, древний выставил руку в сторону Хаюма, и раскрыл пальцы.